Литературный клуб Вермишель

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Литературный клуб Вермишель » Наши произведения » Произведения наших знакомых,или просто найденные,без автора


Произведения наших знакомых,или просто найденные,без автора

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

---

2

История первая.
Она узнала об этом случайно, как в пословице говорится – не было бы счастья, да несчастье помогло. Тогда она еще не знала, что её будут звать новым именем Фиш Бон. В то лето было очень жарко, и она с ребятами барахталась в заросшем пруду. Вдруг порывом ветра у неё с головы сорвало панаму и она, не раздумывая, бросилась за ней. Но дно под ногами вдруг исчезло и Фиш Бон начала тонуть. Страха не было, просто она то выскакивала из воды наружу, то погружалась в зеленую густую воду с головой, беспорядочно размахивая руками. В какой-то момент Фиш Бон просто решила не сопротивляться неведомой силе, тянувшей её на дно, и, прекратив барахтаться, она повисла в воде между поверхностью и дном, привыкая смотреть сквозь толщу воды. Муть и водоросли, взболомученные ею, постепенно начали рассеиваться, и становилось всё светлее. В зеленом мире вокруг неё происходила своя тихая и неторопливая жизнь. Солнечные лучи, озёрная живность – всё показалось Фиш Бон каким-то знакомым, пришло состояние «де жа вю» – как будто всё это уже было с ней, как старый сон, который раньше она видела очень часто, но почему-то забыла… Сколько прошло времени, прежде чем Фиш Бон поняла и оценила всю странность происходящего сказать трудно, но когда она разглядела слева от себя стайку небольших пескариков, с любопытством рассматривающих её, Фиш Бон подумала, что пора бы ей уже совсем утонуть, только очень не хочется – тем более, что вокруг еще так много интересного. И она решила выбраться наверх, к солнцу, воздуху и своим шаловливым приятелям, которые, наверное, её совсем потеряли. Фиш Бон осмотрелась внимательнее, и увидела, что находится в самом глубоком месте водоема – висит в воде как бы над обрывом, однако уже через пару метров дно повышается и озеро становится неглубоким. Совершив непривычное для себя, но такое неожиданно естественное движение телом, чуть загребая воду одной рукой, она мгновенно оказалась в намеченном месте и вынырнула, встав ногами на дно. Солнце и воздух ослепили и как бы оглушили её на мгновение, ей показалось, что она задыхается. Фиш Бон как рыба открывала и закрывала рот, силясь вдохнуть или крикнуть. Прошло еще немного времени, и дыхание восстановилось, глаза смогли отчетливо воспринимать окружающий мир, и она направилась к берегу. Малышня куда-то разбежалась и никого вокруг не было. Просохнув на солнышке, Фиш Бон побежала искать своих друзей. Наверное, тогда ей еще не пришла в голову мысль о том, что она умеет что-то такое, что не дано другим людям – ведь будь она такой, как все, она утонула бы…
Прибежав на озеро на следующий день, Фиш Бон уже смело бросилась на середину пруда, нырнув с головой, и провела под водой гораздо больше времени, чем накануне. Её тело в воде становилось совсем иным – ловким и гибким, она не чувствовала усталости и могла видеть почти в полной темноте у самого дна, куда не проникали солнечные лучи. Перед тем, как выбраться из воды на воздух, Фиш Бон решила немного привыкнуть к солнечному свету и поэтому зависла на минуту в нескольких дюймах у поверхности воды, глядя на небо, и действительно, вынырнув, она легче перенесла переход из водной среды, хотя дыхание снова прервалось на минуту. Исследовать жизнь водоёма стало её излюбленным развлечением на всё лето. Так она осознала себя той, кем была на самом деле. И получила своё новое имя – Фиш Бон. Как известно, все прочие особи женского пола были сделаны Богом из ребра Адама, но Фиш Бон была исключением – она, возможно, в качестве эксперимента, была сделана из рыбьей косточки.
Первые сложности у Фиш Бон возникли, когда вернувшись в сентябре в школу, ей пришлось писать сочинение на тему «Как я провел лето». Она, переполненная эмоциями от своей новой водной жизни, постаралась со всей искренностью юной души, изложить в сочинении все подробности жизни её озера. Учительница не оценила её творчества, и, не поверив ни единому слову Фиш Бон, сообщила её родителям о том, что у них чрезмерно впечатлительная, эмоционально неуравновешенная дочь и к тому же большая выдумщица, поставила Фиш Бон трояк. Кстати, и родителям и учителям пришлось смириться с новым именем Фиш Бон, так как на старое имя она категорически отказывалась отзываться.
Осень и зима без воды для Фиш Бон была немного в тягость, по ночам почти всегда ей снилась водная зелень, солнечные блики и водоросли. Во всём остальном она была, пожалуй, обычной девочкой. Никто, ни родители, ни друзья, не поверили тому, что Фиш Бон может жить в воде так же, как и на суше. «Ты завираешь, Фиш Бон, ты просто воображала!» - с серьезным видом сообщил ей её школьный приятель Чепик. Тогда Фиш Бон предложила Чепику самому убедиться, что она не врёт, как только снова наступит лето. На том они и порешили. Однако возможность представилась раньше. В школе открыли бассейн и со второй четверти Фиш Бон и Чепик уже должны были ходить туда на занятия.
- Мы должны проникнуть в бассейн до начала занятий, когда там никого не будет - сказал благоразумный Чепик – Сама посуди – если взрослые узнают, что ты амфибия – они тебе просто проходу не дадут.
- Я … кто? – переспросила Фиш Бон.
- Амфибия – самым серьезным тоном ответил Чепик – это когда человек может и в воде и на суше дышать, ты что, книжку такую не читала?
- Не читала – растерянно ответила Фиш Бон. – У тебя эта книжка есть?
- Нет, я её в библиотеке брал. Но на неё очередь, надо заранее записываться. Очень интересная книга. Да, а где у тебя жабры?
- Какие жабры?
- Ну как же? Ты же в воде дышишь как-то? В воде можно дышать только жабрами.
- Не знаю. Я как-то не задумывалась…  А где обычно бывают эти жабры?
- На горле.
- Ну, посмотри на моё горло! – и Фиш Бон широко открыла рот и сказала «Ааааааааа!» – как в кабинете у лор-врача.
- Ничего не видно, – отозвался Чепик, – дай, я еще снаружи посмотрю – и он со всех сторон осмотрел шею Фиш Бон.
- Ну что, есть? – поинтересовалась Фиш Бон.
- Нет, шея как шея. Никаких жабр нет. Очень и очень странно…
- Ну, может они у меня невидимые?
- Не говори глупости, Фиш Бон, так не бывает! – отозвался Чепик. Сразу видно, что он человек серьезный, и не верит всяким там выдумкам. Фиш Бон восхищенно посмотрела на своего друга, и откуда он столько всего знает!
Чтобы проникнуть в бассейн, Чепик разработал план. По этому плану они с Фиш Бон должны были остаться дежурить по классу в среду – по средам у учителей бывает собрание в кабинете Директора школы и это всегда надолго, а занятий в бассейне в этот день нет, среда называется «санитарный день». Как утверждал Чепик, в этот день уборщица моет в бассейне с утра, так что если проникнуть туда после обеда, там точно никого не будет. Заполучить ключ от бассейна – это самый сложный пункт плана. Все ключи висят на специальных крючках позади охранника, и уж оттуда стащить ключ дело весьма непростое. Но Чепик не зря самый умный в классе! Надо успеть подменить ключ от бассейна на похожий ключ до того, как уборщица сдаст его охраннику, но после того, как закроет бассейн – чтобы не вызвать лишних осложнений со взрослыми. Чепик заранее нарисовал на бумажке, как выглядит нужный ключ, разыскал похожий ключ в ключнице у своего отца.
- Одним меньше – одним больше, думаю, папа ничего не заметит! К тому же, я ему верну! – развеял он сомнения Фиш Бон и выдал четкие указания своей подружке, что и как делать.
И вот настал столь долгожданный и волнительный день, когда друзья решили проникнуть в бассейн. Фиш Бон очень волновалась, она была такой рассеянной, что схлопотала два балла по истории за то, что не смогла назвать столицу Византийского государства. Но Чепик был абсолютно спокоен и как всегда блестяще отвечал на географии. Прозвенел звонок на большую перемену, и детвора радостно заспешила к выходу, устремившись в буфет. Только двое заговорщиков в лице Фиш Бон и Чепика отправились в сторону бассейна. Уборщица, когда к ней подошли дети, только что заперла дверь бассейна и убирала ключ в карман халата.
- Здравствуйте! – серьезным голосом сказал Чепик – вы не поможете моей подруге? У неё на курточке застёжка сломалась! – И Фиш Бон продемонстрировала уборщице свою застёжку со сломанным «бегунком». Уборщица с улыбкой наклонилась над малышкой, стараясь подцепить застёжку-молнию своими пухлыми пальцами. Но, как и планировал Чепик, у неё ничего не выходило…
- Малыш, а у тебя нет ничего под рукой, чтобы подцепить эту застёжку? Может, скрепка? Или булавка?
- Нет, ничего нет. А у вас случайно нет какого-нибудь … ключа?
- Ключа? Ах, ну да… Можно попробовать… – и уборщица извлекла из кармана вожделенный ключ от бассейна. В её неловких пальцах замок-молния поддеваемый ключом, и не собирался открываться.
- Не выходит, – сказала она со вздохом, – пойдёмте сходим к охраннику, наверняка он сможет нам помочь! – И она чуть не убрала ключ обратно в карман. Но Чепик протянул руку к ключу и сказал, сохраняя спокойствие:
- А можно я попробую?
- Ну конечно, держи, малыш, – уборщица отдала ключ Чепику. Тот ловко подцепил бегунок ключом, и молния поддалась, а потом, как бы случайно Чепик выронил ключ на пол. Уборщица нагнулась за ключом и положила его в карман.
- Спасибо Вам! – сказала Фиш Бон, – моя курточка расстегнулась!
- Не за что, детка! Скажи своим родителям, чтобы купили тебе новую куртку или пусть молнию поменяют, а то так и будешь мучиться, – сказала уборщица и пошла по своим делам.
Чепик победоносно посмотрел на Фиш Бон,
- Ключ у меня!
- Как тебе удалось его подменить? Я ничего не заметила! – восхищенно сказала Фиш Бон.
- Я знаю много фокусов, помнишь, я даже на прошлый Новый год показывал несколько на утреннике?
- Нет, не помню. – Призналась Фиш Бон, – Но ты просто молодец!
И дети поспешили в класс, нужно было дождаться окончания занятий.

Уроки закончились, Фиш Бон и Чепик остались дежурить в классе. Прислушавшись к затихающим шагам в коридоре, Чепик сказал – «Пора!» – и друзья направились к своей заветной цели. Имея в кармане ключ, они действительно смогли незаметно проникнуть в бассейн. Фиш Бон никогда раньше не была в бассейне – прозрачная голубоватая вода, размеченная на плавательные дорожки веревками с пластмассовыми колечками-поплавками, ровное, выложенное белыми плитками дно, никаких водорослей или рыб… Да, совсем не похоже на её озеро!
- Ну, давай! Смотри, как тут здорово! – сказал Чепик.
Фиш Бон сняла башмаки и школьное платье, подошла к бортику и опустила в воду руку. Вода была теплой и странно пахла. Такое обилие воды вызывало в Фиш Бон внутренний трепет. Она сложила оставшуюся одежду на лесенку у края бассейна и, не раздумывая, нырнула.
Секунда касания с водной гладью как в замедленной съемке показалась длинной в несколько минут, потом, всё так же медленно, в воде оказывалась каждая клеточка её кожи, которая, погружаясь в воду, сообщала куда-то в мозг радостный импульс. Чувство эйфории наполнило всё существо Фиш Бон. И вот она под водой, тут совершенно светло, глаза немного щиплет. Фиш Бон делает под водой плавный разворот и спиральный вираж, потом переворачивается на спину и плавно раскидывает руки в стороны. Она смотрит из воды на край бассейна, где стоит Чепик и машет ему рукой. Потом снова делает вираж и еще вираж, проплывает бассейн по периметру, на дне нет ничего интересного, весь бассейн везде совершенно одинаковый. Фиш Бон подплывает к месту, где её ждёт Чепик и выныривает на поверхность. Снова несколько неприятных мгновений от контакта с воздухом – и вот она уже уселась у ног растерявшегося друга.
- Ты это ч-чего? – спросил Чепик – ты как рыба, даже когда наружу вынырнула, я подумал, что ты задыхаешься.
- Да, я забыла тебя предупредить, так всегда бывает. Иногда даже хуже: если в воде темно – то еще и солнце слепит сильно.
- Ты была под водой почти десять минут, я по часам смотрел. Без жабр такое точно не возможно. Но никаких жабр у тебя нет. Это неизвестный науке феномен! – прейдя в себя начал рассуждать Чепик в обычной своей манере.
- Слушай, хватит умничать, пошли лучше плавать – со смехом сказала Фиш Бон, ей не терпелось вновь нырнуть в воду.
- А вода теплая?
- Вода за-ме-ча-тельная! – пропела по слогам Фиш Бон.
Чепик аккуратно сложил свои вещи и с осторожностью стал спускаться в воду по лесенке. Он схватился руками за бортик и начал бултыхать ногами.
- Поплыли! – позвала его фиш Бон
- Я не умею плавать, - отозвался Чепик.
- Я тебя научу!
- Хорошо, только дай мне руку.
Фиш Бон взяла Чепика за руку, и дети вдвоём стали весело барахтаться у края бассейна. С одного раза Чепика научить плавать не удалось. И когда он решил попробовать плавать как Фиш Бон, то через мгновение выскочил из воды,
- Нет, Фиш Бон, плавать под водой можешь только ты! Это не по мне, у меня кислород заканчивается!
Фиш Бон сделала еще один круг под водой в бассейне и тоже вылезла из воды.
Отыскав чьё-то забытое полотенце в раздевалке, они кое-как вытерлись и оделись, немного посохли под сушилкой и поспешили в класс, где должны были еще прибраться.

Уборку класса пришлось сделать на скорую руку, чтобы успеть ускользнуть до того, как закончится собрание у Директора. Затем друзья должны были провернуть еще одно маленькое дельце – вернуть ключ от бассейна на место. Фиш Бон, следуя точным указаниям Чепика, подбежала к охраннику и сообщила, что они дежурят и что у них в классе замок заело, не могут сами его закрыть. Охранник не спеша поднялся со своего места и отправился с девочкой посмотреть, в чем дело и помочь закрыть класс, а Чепик тем временем поменял ключи – забрав «фальшивый» и повесив на место настоящий ключ от бассейна.
Охранник вытащил фантик из замочной скважины и запер дверь класса, который убирали Фиш Бон и Чепик, поворчал про детские шалости и, не догадываясь о том, что поломка замка была подстроена, вернулся на своё место.
- Ну что, теперь ты не считаешь меня завиралой? – спросила Фиш Бон Чепика, когда они шли домой из школы.
- Беру свои слова обратно, Фиш Бон! Вот бы и мне так уметь! – ответил Чепик.
- Может, ты еще научишься?
- Не знаю, вряд ли. Я и просто плавать не могу – не то, что под водой.
- Зато какой ты умный. Ты самый умный мальчик в классе, а может даже и во всей школе! – ответила Фиш Бон. Она была очень довольна тем, какое приключение у них сегодня состоялось. – Сходим еще в бассейн как-нибудь?
- Возможно, как-нибудь сходим – серьезно ответил Чепик.
- Спасибо тебе! Ты мой лучший друг! – с чувством сказала Фиш Бон.
История вторая.
Размеренная и тихая школьная жизнь Фиш Бон была нарушена, когда к ним в класс пришли новенькие: это были две сестрички-близняшки. Одну звали Кобозявка, а другую Бузязявка, но так как они были похожи как две капли воды, и ходили всегда парой, то все звали их просто Мамзельки. На вид они походили на истинных маленьких леди, но на самом деле были настоящими проказницами. Однажды Чепик пригласил Фиш Бон и Мамзелек к себе в гости – родители его до позднего вечера были на службе, поэтому можно было не опасаясь вмешательства взрослых повеселиться. Сначала дети хотели поиграть в прятки, но когда Фиш Бон залезла в большущий шкаф, на неё свалилась коробка с какими-то картинками и она взвизгнула от неожиданности. На шум прибежали Мамзельки и Чепик, и все вместе принялись разглядывать рассыпанные на полу эскизы. На них был изображен какой-то продукт в баночке – то ли пудинг, то ли какой-то десерт. Чепик сказал, что его отец давно занимается этим проектом, но пока у него нет никаких оригинальных идей, и он сильно переживает по этому поводу.
- Давайте поможем папе Чепика! – почти хором воскликнули Мамзельки.
- Я бы тоже хотела помочь, только я не поняла, что нужно сделать, и при чем тут эти картинки? Что такое проект? И чем занимается папа Чепика? – спросила Фиш Бон.
Чепик как всегда очень понятно объяснил, что на картинках изображен новый Продукт – то есть пудинг, который еще не продается в магазине, и называется "Улыбка". И папа Чепика должен придумать такую рекламу, чтобы все – и взрослые, и дети, захотели его попробовать. Для этого художник нарисовал пудинг так красиво. Но просто красивый пудинг – это же скучно, и никто не станет его покупать. Нужно придумать веселую историю, которую можно будет рассказать в картинках – то есть нарисовать комикс. И если комикс будет интересный, то все захотят попробовать этот пудинг и папа будет доволен. И может быть, даже будет раньше приходить с работы и больше времени проводить с ним, с Чепиком.
Мамзельки обрадовано захлопали в ладоши:
- Мы умеем придумывать истории в картинках! Ура! Как здорово!
- Ну, раз вы умеете – тогда давайте что-нибудь придумывать, – сказал Чепик.
Мамзельки наперебой стали предлагать идеи:
- Давайте, как будто Красная шапочка понесла бабушке пудинг! А на неё напал серый волк! – тараторила Кобозявка,
- Нет, давайте, пусть этот пудинг подарит Карлсону Малыш! – перебивала её Бузязявка.
- А может быть пусть пудинг будет говорящий и он рассказывает сказки детям? – парировала Кобозявка.
- Нет, пудинг должен быть волшебный! И тогда каждый, кто его ест, сможет загадать желание! – не уступала ей в выдумке Бузязявка.
- Подождите, у вас слишком много всего сразу на уме! Давайте по очереди! – остановил их Чепик. – Вы сумеете всё это нарисовать?
Мамзельки переглянулись и вздохнули, нет, это слишком сложно – нарисовать такое у них не получится...
- А мне кажется, что надо сделать, как будто пудинга на картинке нет – сказала Фиш Бон.
- Как это нет? – переспросили хором Мамзельки.
- Ну, пудинг – он такой вкусный, что его нельзя и на минутку оставить – чуть зазеваешься, а его – Аммм – и уже кто-то съел!
- А что же тогда будет на картинке? – переспросил Чепик, почесывая в затылке.
- А на картинке будут изображены те, кто съел пудинг!
- Ура! – закричали Мамзельки – Мы нарисуем всяких зверей! И людей!
- А как те, кто посмотрят на эти картинки, догадаются, что звери или люди съели наш пудинг? – уточнил Чепик.
- Они будут... – задумалась Фиш Бон на мгновение – они будут улыбаться!
- Как здорово! – поддержали Мамзельки со смехом – пудинг "Улыбка" – если оставишь на столе, его кто-нибудь сразу съест, и ты сразу поймёшь, кто – потому что тот, кто съел пудинг будет с улыбкой на лице и с "Улыбкой" в животике!
- Ага, ясно! Давайте рисовать тех, кто съел Улыбку! – подытожил Чепик, и дети взялись за карандаши.
Сам Чепик нарисовал большого зеленого крокодила с зубастой улыбкой, Кобозявка нарисовала цыпленка, в клювике которого еще остался кусочек пудинга, Бузязявка нарисовала корову, улыбающуюся добродушной улыбкой и подмигивающую одним глазом, а Фиш Бон нарисовала веселого пингвина. Собрав все картинки вместе, Чепик сложил их в папку для бумаг и подписал крупными печатными буквами "КТО СЪЕЛ ТВОЮ УЛЫБКУ?" И положил вместе с папиными эскизами назад в шкаф.
- Ну вот, теперь твой папа будет очень доволен! – сказала одна Мамзелька,
- Нельзя не купить такой вкусный пудинг, если он так всем нравится! – сказала вторая Мамзелька.
- А теперь неплохо было бы и вправду съесть по кусочку пудинга – добавила Фиш Бон, – а то у меня жутко разыгрался аппетит!
- Пойдёмте, я умею разогревать чайник, а мама оставила нам булочек и джем. А пудинга у меня нет. Но булочки будут не хуже!
И дети весело побежали на кухню.

Папа Чепика ехал на работу в расстроенном состоянии, у него была тяжелая неделя. Никаких идей, хоть плачь... А в его солидном положении это просто не допустимо! Он просиживал на работе до позднего вечера, подбирая в голове рифму к слову "Улыбка", но кроме слова "Ошибка" ему ничего не приходило на ум... Эскизы, которые они с художником сделали на прошлой неделе, были хороши, но кроме красивой картинки, изображавшей новый Продукт, на них ничего не было. Папа Чепика уже представлял себе гнев своего директора, который придёт в ярость от того, как мало придумано идей относительно рекламной компании для нового пудинга... Но делать нечего – сегодня директор вызвал его к восьми-тридцати. С несчастным видом папа Чепика проследовал прямо к его кабинету. Директор строго посмотрел на него и пригласил присесть.
- Я принес эскизы для рекламной компании нового Продукта – робко начал папа Чепика, развязывая толстую папку, которую принес с собой.
- Да, уже сроки поджимают, надеюсь, Вы меня не разочаруете! – бодро ответил директор, жадно впиваясь взглядом в папку с эскизами.
Папа Чепика втянул голову в плечи и протянул директору первые три эскиза – на одном пудинг был изображен на кружевной салфеточке, на втором – на фарфоровом блюдце, на третьем – парил в облачке в окружении спелых ягод...
Директор нахмурился:
- И это всё? – его голос прозвучал сурово.
- Ну... начал было папа Чепика – он потупил взгляд, а потом начал рыться в принесенной папке, хотя надежды найти там что-то еще у него не было...
Но тут случилось чудо – под парочкой старых эскизов обнаружилась еще папка, на которой детским почерком было написано "Кто съел твою улыбку?". Папа Чепика захлопал глазами, он решил, что это какая-то шутка... Что значит – кто съел его улыбку? Ему сейчас не до улыбок – директор собирается стереть его в порошок!
- Что у Вас там еще – ну, не тяните, показывайте же! – воскликнул директор и протянул руку к папке со странной надписью.
Папа Чепика безвольно вручил ему эту неизвестно откуда взявшуюся папку и мысленно приготовился к самому худшему.
Директор с интересом посмотрел на название, потом заглянул внутрь и перелистал эскизы:
- Отличная идея! Просто замечательно! И почему Вы сразу с неё не начали, а попытались подсунуть мне эту скукотищу?
Папа Чепика встрепенулся – оказывается, внутри папки что-то было? Что? И это что-то понравилось его директору! Он, кажется, спасен!
- Ну, я не знал, как Вы отреагируете, – начал он издалека, заглядывая в эскизы, которые директор разложил на своём столе.
- У меня у самого маленькие дети – сказал директор смягчившимся голосом, – и как я могу отнестись к идее использования детских рисунков для рекламы нашей "Улыбки"? Конечно, мне очень понравились эти милые зверушки! Подумать только! Кто съел нашу Улыбку? Помню-помню... Есть такая сказка, про крокодила, который солнце проглотил. Вы оттуда идею позаимствовали?
- Но... – попытался хоть слово вставить папа Чепика,
- Да не смущайтесь, я не обвиняю Вас в плагиате! Тут всё очень самостоятельно получилось! Эти милые зверушки, которые съели наш пудинг, они такие добрые, они все улыбаются! Прелесть!
Папа Чепика никогда не видел своего директора таким расчувствовавшимся...
- Срочно! Всё в тираж! Выпустим плакаты, тетрадки для детей, альбомы, что еще? Календари! Сумки! Футболки! Эти прекрасные животные должны войти в каждую семью, а за ними в каждую семью придёт и наша Улыбка! Вы гений, гений! – с этими словами директор соскочил со своего кресла и подбежав к папе Чепика крепко пожал ему руку, – Поздравляю! Это настоящий успех! Можете рассчитывать на повышение! Да, и можете взять отпуск вне плана – отдохнуть, вы так трудились над этим проектом!
Папа Чепика с растерянной улыбкой поблагодарил директора и вышел из кабинета. Откуда взялись эти эскизы с веселыми животными у него в папке? Наверное, это чудо. Но раз проект принят, раз его отпускают в отпуск – надо поехать домой и отдохнуть как следует, а то он так заработался... Вот домашние обрадуются! Они с сынишкой смогут, наконец, вместе погулять, сходить в кино. Как хорошо, что на свете есть чудеса!

3

классно)) оч понравилось)

4

Да, понравилось. Но непонятна первая часть. Умеет, и что? Для чего дан ребенку этот дар?

5

Куда Вы делись - sammer time ?

Чтож. Очень сложно обсуждать чье-то Творение, когда в своих-то разобраться подчас не можешь. Но в этом рассказе много добрых слов, и вообще рассказ очень добрый. Я думаю, если позволите сказать, что такие истории о чудесах имеют право быть. Лично я прочел с интересом.

Ждем продолжения.

6

водитель Газели написал(а):

что такие истории о чудесах имеют право быть

И все же я настаиваю, что если есть дар, то его надо применить. Но не просто применить, а с пользой для других.

водитель Газели написал(а):

Но в этом рассказе много добрых слов, и вообще рассказ очень добрый.

Но очень не хватает добрых дел. Продолжение просто необходимо.

7

Полностью согласен с нашим Добрым Стражем. Но, может и правда все еще впереди ?

8

История третья.
Однажды вечером Мамзельки остались сидеть дома – родители не взяли их с собой к бабушке из-за плохого поведения, и в наказание запретили даже погулять. Сестрички должны были учить уроки, но на завтра им не нужно было идти в школу, потому что была пятница. И что-то учить в этот вечер было очень обидно. Когда родители скрылись из виду, Мамзельки поспешили пригласить к себе своих друзей – Чепика и Фиш Бон, которые жили совсем недалеко. И вот дружная компания уже придумывала, чем бы им заняться.
- Давайте смотреть мультики? – предложила Кобозявка.
- А тебе разрешили включать телевизор? – поинтересовался Чепик.
- А она умеет без телевизора – встряла в разговор Бузязявка.
- Что без телевизора? – не понял Чепик.
- Ну, я умею показывать мультики без телевизора! – сказала весело Кобозявка.
- Это как это? – удивлённо спросила Фиш Бон и переглянулась с Чепиком, который по всему видно, тоже не понимал слов Мамзелек.
- Ну как вы не понимаете? – снова вмешалась Бузязявка – Кобозявка умеет показывать мультики! Сама! Без телевизора! Понятно теперь?
- Если честно, то не очень – признался Чепик – она что, показывает мультики на проекторе?
- Не на проекторе, а... а... – Кобозявка вдруг сама запнулась и задумалась, вопросительно посмотрела на сестричку в надежде, что та сможет объяснить лучше.
- Ну да, ну да! – подхватила Бузязявка – Кобозявка показывает мультики из воздуха!
- Ну, вы что-то не договариваете – как всегда серьезно сказал Чепик – из воздуха мультики не бывают.
- А вот и бывают! – немного обиделась Бузязявка – вот Кобозявка вам сейчас покажет, и вы сами убедитесь! – и выразительно посмотрела на сестричку.
Кобозявка заулыбалась в ответ:
- Ну, уважаемые зрители! Рассаживайтесь по местам! – она показала рукой на ковёр в середине комнаты.
- А куда смотреть? – поинтересовался Чепик.
- Смотреть? – смутилась Кобозявка...
- Смотрите на окно! – нашлась Бузязявка.
- А теперь начинаем мультик про Белоснежку! – объявила Кобозявка и устроилась рядом с друзьями на ковре.
Чепик и Фиш Бон посмотрели на Мамзелек, потом перевели взгляд на окно и...
И вдруг, будто из неоткуда – прямо в воздухе появилась прекрасная Белоснежка, которая собирала цветы на зеленом пригорке, она посмотрела на детей и улыбнулась. Слышалось журчание ручья и шелест листьев, пение птиц и веселые голоса вдали, голоса приближались и на опушке появились гномы, которые несли корзинки с земляникой для Белоснежки...

После того, как родители Мамзелек вышли из дома, неожиданно набежали тучи и пошел дождь. До дома бабушки было еще далеко, а зонтов у них не было, кроме того подул сильный ветер и стало очень темно.
- Наши малышки, наверное, испугаются дождя! Нужно вернуться! – взволнованно проговорила мама Мамзелек.
- Наши девочки не слишком пугливые, дорогая. Но я волнуюсь за тебя, ты можешь вымокнуть под дождем. Давай повернем домой!
И они отправились обратно. Через четверть часа они уже входили в дверь своей квартиры. Их удивила тишина в доме, а также то, что в комнатах не горел свет.
- Может быть, малышки уснули? – шепотом спросил папа.
- Надеюсь, что так. Я бы ужасно разволновалась, если бы они куда-то ушли в такую погоду! – так же шепотом сказала мама и поспешила в детскую.
Родители заглянули в тёмную комнату и удивленно переглянулись: их малышки и еще двое их друзей сидели на ковре посередине комнаты и смотрели в окно. Мама и папа тихонько прикрыли дверь и зашептались:
- Почему они так тихо сидят? – спросил папа.
- Наверное, они слушают дождь – предположила мама.
- Давай тоже посидим вместе с ними?
- А мы им не помешаем?
- Знаешь, давай тогда побудем в гостиной и посмотрим, сколько они так просидят. Не верится, чтобы наши Мамзельки долго так выдержали, они у нас слишком непоседливые.
- Ты прав, милый, давай не будем мешать детям.
И родители ушли в гостиную.
Действительно, очень скоро в детской послышались голоса.
- Я никогда раньше не видел живых гномов! – сказал Чепик.
- Да брось, ты же не думаешь, что они настоящие? – возразила Бузязявка.
- Но я же видел их своими глазами – смутился Чепик.
- Я же сказала, что буду показывать мультики – попыталась всё объяснить Кобозявка.
- Они из воздуха! – поддакнула Бузязявка – их нет на самом деле!
- Но это было так красиво – вздохнула Фиш Бон, – я ничего подобного никогда не видела.
- Так это ты называешь мультиками? – спросил Чепик.
- Ну да! – подтвердила Мамзелька.
- А как ты это делаешь? – поинтересовалась Фиш Бон.
- Не знаю, – ответила Кобозявка – я сначала зажмуриваюсь и начинаю вспоминать сказку, а потом открываю глаза – а сказка уже сама появляется, как мультик.
- А ты можешь любую сказку показать? – Чепик пытался разобраться.
- Ну да, любую, – закивала головой Кобозявка – иногда, когда старые сказки надоедают, я прошу Бузязявку придумать какую-нибудь историю, а потом показываю её как мультик. Только у Бузязявки получаются всегда похожие сказки, вечно про принцесс, которые выходят замуж. – Кобозявка хмыкнула, – Или вот прошу маму почитать сказки новые...
- А что говорят твои родители, когда ты показываешь мультики? Они не ругаются? – спросила Фиш Бон.
- Родители? – хмыкнула еще раз Бузязявка – они считают, что мы с Кобозявкой всё придумываем, и никаких мультиков они не видят.
- Они, наверное, притворяются, – предположил Чепик. – Взрослые очень странные люди.
- Не знаю, а может быть мультики только для детей? – высказала своё предположение Фиш Бон.
В этот момент в комнату вошли мама и папа Мамзелек.
- Привет, детки! Мы решили вернуться, на улице такой дождь!
- Дождь? – удивленно спросил Чепик – Как же мы пойдём домой?
- А вы что, не заметили дождя? – спросил папа Мамзелек с подозрением, – вы же сидели и смотрели как идёт дождь.
- Мы играли в молчанку – нашлась Бузязявка – и совсем мы на дождь не смотрели!
- Аааааааа! – радостно сказали родители – Ну тогда понятно! – это объяснение им очень понравилось. Взрослых всегда пугает что-то неизвестное им, или что-то на их взгляд странное, поэтому они сразу верят, когда дети их немного обманывают, и не задают лишних вопросов.
Фиш Бон и Чепик собрались уходить, родители Мамзелек закутали их в непромокаемые накидки и проводили по домам, где детей уже поджидали их мамы и папы.
История четвёртая.
В самом конце октября, когда погода окончательно испортилась, дети всё реже выходили гулять на улицу. Холодный ветер и брызги дождя, опавшие сухие листья, потерявшие свои прежние яркие краски – всё это вызывало уныние даже у таких веселых девчушек, как Мамзельки. Чепик и Фиш Бон как-то встретили своих подружек в школьном буфете совсем грустными, они даже не радовались своим любимым булочкам с шоколадной начинкой.
- Нужно что-то делать, нельзя, чтобы Кобозявка и Бузязявка так заскучали, надо их чем-то развлечь! – сказала Фиш Бон Чепику.
- Да, ты права. Надо что-нибудь придумать – отозвался Чепик. – Может быть задержимся после уроков и проберемся в спортзал?
- А что там может быть интересного?
- Там можно попрыгать на матах, или поиграть в мяч.
- Я думаю, что Мамзельки не захотят прыгать. Посмотри, они даже от булочек отказываются...
- А что если пойти в зоологический музей?
- А там интересно? Я никогда там не была.
- Там очень интересно. Там много чучел разных животных.
- Мне эта идея нравится!
- Ну тогда я попрошу учительницу показать нам музей.
На следующей перемене Чепик позвал Мамзелек и Фиш Бон и сообщил, что сегодня после уроков для них будет проведена экскурсия по зоологическому музею, он договорился с учительницей.
Мамзельки немного оживились:
- А там есть змеи? – спросила Кобозявка.
- А белки? Белки там есть? – перебила её Бузязявка.
- Не знаю, вот сходим туда сегодня – и сами всё увидите! – ответил Чепик.
После окончания четвёртого урока малыши уже поджидали свою учительницу, которая повела весь их класс в музей. Музей находился на четвертом этаже школы и представлял особую гордость учительницы. Долгие годы этот школьный зоологический музей пополнялся редкими образцами, учебными пособиями и муляжами, он был признан лучшим школьным музеем и получил специальную грамоту, которая была вставлена в золоченую рамку и украшала парадный вход.
- Ну вот, дети, вы входите в царство науки – науки о животных! – начала учительница, – Перед вами предстанут в натуральную величину представители царства млекопитающих и много-много других интереснейших экспонатов!
Дальше малыши уже ничего не слышали, они, как завороженные, рассматривали витрины музея. В первом зале за стеклом были выставлены кости и черепа каких-то животных, над которыми висели рисунки, изображавшие, видимо, тех, кому принадлежали эти кости. Во втором зале были чучела лисицы, волка, зайца и даже медведя, они стояли в сухой траве в довольно естественных позах, только у лисы не хватало одной лапки, а у волка не было глаз.
- Посмотрите, сушеные волк и лиса! – пискнула Бузязявка.
- Они не сушеные, – сказал Чепик, – это чучела!
- А как делают чучела? – спросила у Чепика Бузязявка.
- Снимают шкуру с животных, потом делают каркас из проволоки, обматывают соломой и на него напяливают шкуру. А глаза делают из стекла – как у кукол, и приклеивают.
- Какой ужас! – воскликнула Бузязявка.
- Да, мне тоже не по себе – отозвалась Фиш Бон.
- А где Кобозявка? – спросил Чепик у девочек. И действительно, одной Мамзельки не доставало...
- Может быть, она пошла в другой зал? – предположила Фиш Бон.
Учительница размахивала указкой у цветных таблиц, повествующих о каком-то эволюционном развитии видов, а дети, оставив своих одноклассников, двинулись по направлению к следующему залу музея, чтобы скорее отыскать свою потерявшуюся подружку. Там оказалось немного пустынно и тихо, в витринах были выставлены коробочки с разноцветными жуками и другими насекомыми. Кобозявки нигде видно не было. Вдруг послышался какой то шум, он доносился с балкона, выходящего на школьный двор из этого зала музея. Дети поспешили туда, и увидели сквозь стекло дверей, как Кобозявка бережно открывает коробочки с засушенными, пришпиленными иголками бабочками и аккуратно, чтобы не повредить крылышки, высвобождает бабочек, после чего подносит их к губам, пытаясь согреть своим дыханием, а потом отпускает их лететь, и бабочек уносит ветер.
- Что ты делаешь? – спросил её Чепик, открывший дверь на балкон, – Ты же простудишься на ветру!
- Я освобождаю бабочек – сказала Кобозявка. И было видно, как раскраснелось её лицо от волнения и холодного воздуха.
- Но они же не живые – возразил ей Чепик, – пойдём, сейчас сюда придут, учительница будет ругаться!
- Они не все умерли! Я нашла в витрине несколько бабочек, которые хотят улететь, и отпускаю их на волю! – настаивала Кобозявка.
- Но их просто уносит ветер – сказала Фиш Бон.
- Нет! Они сами улетают! – упрямо проговорила Кобозявка.
- Да, так и есть, смотрите! – воскликнула Бузязявка, указывая на красивую бабочку "павлиний глаз", которая села на перила балкона и нежно складывала и раскладывала свои яркие крылышки, – Она живая!
Кобозявка тем временем открыла последнюю принесенную на балкон коробку и выпустила еще одну бабочку.
В этот момент к балкону подошла учительница. Сурово сдвинув брови, она готова была накинуться на малышей, которые самовольно отбились от группы, да еще и вышли на балкон совсем неодетые, но в этот момент Бузязявка сморщила свой вздёрнутый носик, зажмурила глаза и разразилась рёвом.
Она вопила что есть мочи, и учительнице ничего не оставалось делать, как взять её на руки.
- Ну что ты, что ты? Почему ты плачешь? – спрашивала растерявшаяся учительница.
- Аааааааа! – ревела Бузязявка – Жалко лиси-и-чку!
- Кого тебе жалко? – не поняла учительница.
- Зайчика-а-а-а! – продолжала сквозь слёзы Бузязявка.
- Ничего не понимаю, что стряслось? Почему ты плачешь?
- Мишку-у-у-у жа-а-а-лко! – не унималась Бузязявка.
Тем временем Кобозявка шмыгнула в комнату незамеченной, прихватив с балкона пустые коробки из-под бабочек, которые ловко засунула за шкаф и тихонько вышла из музея.

Через четверть часа друзья снова встретились все вместе – Чепик и Фиш Бон были немного растеряны, а сестрички Мамзельки выглядели вполне счастливо, от осенней хандры не осталось и следа.
- Ты чего так ревела? – спросил Чепик у Бузязявки, – Тебе что, правда было жалко животных?
- Мне их, конечно, жалко, но я ревела не взаправду.
- Это как это?
- Ну, понарошку, понимаешь?
- А зачем?
- Чтобы Кобозявка успела удрать незамеченной!
- Аааа, теперь понял. Ты это специально, чтобы сестрёнке не попало за бабочек, да?
- Ну конечно! – Бузязявка захихикала, явно довольная собой.
- А почему ты выпустила этих бабочек? Они что, правда живые? – спросила у Кобозявки Фиш Бон.
- Да, они сидели и тихо ждали, что их кто-нибудь освободит.
- А другие бабочки и жуки?
- Они уже не живые.
- Как ты это узнала?
- Ну, если посмотреть на них вот так – Кобозявка прикрыла веки и посмотрела сквозь ресницы – то видно, что они совсем как неживые предметы – как стол, как стул или как карандаши.
- А те, живые – они какие?
- А они светятся!
- Ну-ка, можно я попробую? – смотреть вот так? – спросила Фиш Бон, сощурив глаза и посмотрев на Кобозявку.
- Ну почти, – только не смотри сосредоточенно, смотри как бы через предмет.
- Аааа! Точно! Вот герань на окне – она живая! – воскликнула пораженно Фиш Бон, – она светится розовым светом, как красиво!
- И я хочу попробовать! – сказал Чепик. Он тоже зажмурился, а потом чуть приоткрыл глаза и посмотрел на герань. – Не вижу... хотя, подождите – он попытался всмотреться.
- Не старайся, а то ничего не получится, наоборот, смотри просто, как бы только проснувшись – давала советы Кобозявка.
- Получилось! – радостно воскликнул Чепик – Я вижу розовый свет вокруг каждого листочка! Эта герань живая!
- А у меня совсем плохо получается, – сощурившись сказала Бузязявка, – иногда я что-то вижу, а иногда нет.
- Это от того, что ты всё время торопишься, ты очень бойкая, поэтому не можешь посмотреть на предмет спокойно – предположила Кобозявка.
- А что случилось с другими бабочками, почему они умерли? – спросила у Кобозявки Фиш Бон.
- Не знаю, наверное им надоело быть бабочками – серьезно ответила Кобозявка, – возможно кто-то из них стал теперь цветком, а кто-то звездой. В мире так много красивых существ... И бабочки, которые видят цветы и звёзды, мечтают стать такими, как они.
- Ты думаешь, что если очень захотеть кем-то стать, то можно превратиться в звезду или цветок?
- Ну да, а почему нет?
Слова Кобозявки были вполне убедительными.
- Значит, и волк, и лиса – они тоже не умерли, а стали кем-то еще? – спросил Чепик свою подружку.
- Ну, сначала они перестали быть волком и лисой, а потом стали теми, кем хотели стать.
В этот момент на подоконник села бабочка "павлиний глаз", и разложила свои красивые крылышки – как будто специально хвастаясь своей красотой.
- Смотрите, Кобозявкина бабочка прилетела! – пискнула Бузязявка и малыши приникли к оконному стеклу.
- Она такая красивая! – сказала Фиш Бон, – наверное, поэтому она не захотела умирать. Она даже красивее некоторых цветов. Ты молодец, Кобозявка, что выпустила её.
- Интересно, что скажет учительница, когда не найдет на месте несколько бабочек? – спросил Чепик.
- Будем надеяться, что она не сразу заметит, – ответила Бузязявка, – а может и не заметит вовсе.
-Эй, дети! Что вы тут делаете? – раздался за спиной голос папы Чепика, который пришел за сынишкой в школу.
Малыши разом обернулись, а Чепик от неожиданности сказал:
- Мы любуемся бабочкой.
- Какой бабочкой? – переспросил папа Чепика.
- Павлиний глаз, – чуть смутившись, ответил Чепик и показал отцу на подоконник.
В этот момент порыв ветра подхватил бабочку и понёс её прочь.
- Ну что ты придумываешь? – улыбнулся папа Чепика, – сейчас осень и никаких бабочек уже нет, это последние осенние листья опадают, и их носит на ветру, вот ты и решил, что это бабочки!
- Может и так... – сказал со вздохом Чепик, а сам подумал, что взрослые всегда находят какие-то неверные, но рациональные объяснения. Они такие скучные, эти взрослые!

9

История пятая.
В среду на большой перемене Мамзельки потащили Фиш Бон и Чепика в буфет, сегодня детям подавали пончики с джемом и шоколадом на выбор. Бузязявка обожала сладкое, поэтому особенно поторапливала друзей.
- А с чем ты любишь пончики? – спросила она у Чепика.
- Я люблю с малиновым вареньем, как делает моя мама.
- А я люблю с заварным кремом, как делает моя мама – сказала Фиш Бон.
- А наша мама не делает пончики, она их покупает в булочной за углом, знаете? Там еще в витрине стоят такие большие корзины с батонами и булками, – сказала Кобозявка.
- Да, и там всегда так вкусно пахнет! – подтвердил Чепик.
- А я люблю полосатые пончики! – воскликнула Бузязявка.
- Как это, полосатые? – спросил Чепик.
- Это когда у пекаря заканчивается шоколадная начинка, и он переходит на джем – один пончик становится "полосатым" – наполовину с шоколадом, наполовину с джемом, разве вам такие никогда не попадались? – пояснила Кобозявка.
- Мне нет, никогда – сказала Фиш Бон
- И мне тоже, – закивал головой Чепик.
- Ну, тогда я вам сегодня такой покажу! - весело предложила Бузязявка.
Дети как раз подошли к стойке буфета и взяли подносы.
Через пару минут они уже рассаживались за столом.
У Мамзелек было по два пончика и какао, у Чепика три пончика и стакан вишневого компота, а Фиш Бон взяла один пончик и чай с лимоном.
- Ну, у кого с чем пончики? – поинтересовалась Бузязявка.
- Не знаю, на них же не написано. Да и дают их все из одной корзинки – разве там могут быть разные начинки? – спросил Чепик.
- А вот и могут! – хихикнула Бузязявка. – Смотрите! У меня оба пончика полосатые!
- Откуда ты знаешь? Ты даже не откусила от них ни кусочка! – удивился Чепик.
- А вот знаю! – еще задорнее произнесла Бузязявка и разломила сначала один, а потом и другой пончик: действительно, оба из них наполовину шоколадные, наполовину с джемом.
- Вот это да! Ты что, видела пончики насквозь? – спросил Чепик.
- Не-а – мотнула головой Бузязявка.
- А может сегодня все пончики такие? – предположила Фиш Бон.
- У меня с джемом – отозвалась Кобозявка, разломив пару пончиков из своей тарелки.
- И у меня, – ответил Чепик, надламывая свои пончики.
- Надо же, и у меня только джем, никакого шоколада! – согласилась Фиш Бон.
- Ну что, видали? – со смехом проговорила Бузязявка.
- А как ты это делаешь? – поинтересовался Чепик.
- Я просто их очень люблю! – ответила Бузязявка, запихивая в рот добрую половину пончика.
- Она притягивает к себе то, что очень хочет – попыталась более понятно объяснить Кобозявка.
- А кроме пончиков, что еще ты можешь притянуть? – спросила Фиш Бон.
- Ну... как-то раз на спор я притянула к себе отварное яичко с двумя желтками – попыталась вспомнить Бузязявка.
- А кроме еды? – спросил Чепик.
- Кроме еды? – задумалась Бузязявка – Ну... на Новый год Дед мороз всегда дарит мне таких кукол, как я у него просила, а другим детям дарит игрушки, которые им не нравятся.
- А еще она на прошлый Новый год захотела живую елку, обычно родители наряжают искусственную, но в том году совершенно невероятным образом они нарядили нам настоящую зеленую елку!
- Слушай, а ты можешь притягивать к себе хорошие отметки? – поинтересовался Чепик.
- Не знаю – растеряно ответила Бузязявка.
- Что если тебе попробовать притягивать к себе хорошие отметки, заранее выучив урок – и тебя будут в такой день спрашивать и ставить "отлично"! – развила мысль Кобозявка.
- Надо будет попробовать в следующей четверти! – оживилась Бузязявка, идея ей явно нравилась, тем более что в дневнике у неё "отлично" давненько не бывало. – А может попробовать сначала делать так, чтобы меня не спрашивали, когда я не готова?
- Кажется, ты просто ленишься учить уроки! – сказал Чепик.
- Ну, иногда мне просто некогда, а иногда задают такие скучные вещи... – попыталась оправдаться Бузязявка.
- Ну, можешь попробовать и так, и эдак, – посоветовала Кобозявка.
- А еще притяни к нам поездку на каникулы! – попросила Фиш Бон.
- Здорово! А куда? – развеселилась Бузязявка.
- На море! – мечтательно проговорил Чепик. – На море так много интересного! Там тепло, ракушки, медузы и крабы, и вода солёная, такая, что её нельзя пить. А еще в море бывают сокровища!
Мамзельки слушали Чепика, открыв рот, а Фиш Бон сразу представила себе воду – много-много воды, но только солёную. Интересно, а в морской воде она тоже сможет дышать? – но вслух она ничего не сказала, просто подумала про себя, что очень, очень хочет каникулы на море!

Наступила вторая четверть. Все дети с нетерпением ждали, когда же она закончится, потому что в конце её начинались Новогодние утренники, поздравления и подарки. К сожалению, время текло гораздо медленнее, чем обычно. И еще задавали много уроков, которые совсем не хотелось учить. За окном рано темнело, было холодно и грустно. Мамзельки принялись испытывать новый метод притягивания хороших оценок к себе в дневник. Почти сразу выяснилось, что сделать так, чтобы их не спрашивали, не выходит – стоит сильно пожелать, чтобы спросили кого-нибудь другого, как учительница тут же вызывает тебя к доске. Так что в дни, когда урок не выучен, лучше ни о чем таком даже не думать... Из-за своих экспериментов Мамзельки нахватали плохих отметок, поэтому Чепику поручили взять сестрёнок "на буксир", то есть помогать им в учёбе. Дети встречались после уроков и устраивались за книгами в школьной библиотеке, Фиш Бон тоже частенько присоединялась к своим друзьям, ведь учить уроки вместе было куда веселее. Настала пора апробировать второй вариант метода притягивания хороших оценок: сначала хорошенько подготовиться, а потом изо всех сил захотеть, чтобы тебя спросили и поставили "отлично".
Начали с географии – тут плохих оценок у Мамзелек накопилось чересчур много, а у Чепика, напротив, были только хорошие. Чтобы учеба шла веселее, Чепик предложил Кобозявке показывать урок в виде мультика, тем более что учили они тогда моря и океаны, и полюбоваться необъятными морскими просторами было куда интереснее, чем про них только прочитать. Сначала Чепик пересказывал содержание главы учебника, потом вспоминал всё самое интересное, что знал по заданной теме, пролистывал картинки из Атласа, а потом Кобозявка показывала всем увлекательный мультик про то, о чем узнала от Чепика – выходило очень интересно. Тем более что Чепик обожал истории про пиратов, и всегда добавлял в изучаемый материал что-нибудь про сокровища, отважных моряков или морские сражения. Учить географию стало очень весело, и положение дел с отметками заметно улучшилось.
- Мне кажется, – задумчиво рассуждала Бузязявка, – что с географией дела пошли на лад благодаря Чепику. Хотя учительница спрашивала меня всегда, когда я очень хотела ответить. Даже не знаю, удалось ли мне притянуть "отлично", или просто я сама эту оценку заслужила?
- Ты знаешь, – рассуждала Кобозявка, – наверное, оценка это не предмет – поэтому её не просто притянуть. Может быть ты умеешь притягивать только предметы? Надо проверить на чем-нибудь другом, для верности.
- Я попробую притянуть к себе платье как у принцессы! – предложила Бузязявка.
- Зачем тебе такое? – поинтересовался Чепик.
- Чтобы выйти замуж за принца, когда вырасту! – серьёзно ответила Бузязявка.
- Она вечно думает про всяких принцесс – хмыкнула Кобозявка, которая совсем не разделяла увлечение сестрички.
- А почему бы тебе не притянуть велосипед? – предложила Фиш Бон.
- А не получится – сказала уверенно Бузязявка.
- Почему? – хором спросили дети.
- Потому что я его не хочу! Не могу же я что-то захотеть насильно? – пояснила Бузязявка.
- Ну что же, платье для принцессы – это хоть что-то, по крайней мере мы сможем проверить, работает ли твой метод еще на чем-то, кроме пончиков – рассудил Чепик. – Давайте я запишу на бумажке, чтобы мы не забыли: "Бузязявка решила притянуть платье принцессы" и поставил дату, свернул листок бумаги и убрал в кармашек куртки.
- Ну, Бузязявка, как только платье будет у тебя, не забудь сообщить!
- Я вам его обязательно покажу! – закивала головой Бузязявка.

История шестая.
В конце четверти началась подготовка к утреннику. Учительница литературы сказала, что решено поставить детский спектакль "Спящая красавица", поэтому все желающие принять участие в постановке должны после уроков остаться и получить себе роли. Нужно будет выучить наизусть текст и приходить на репетиции два раза в неделю. А те, у кого много плохих оценок, до участия в спектакле не допускаются.
- Как хорошо, что мы успели подтянуть географию! – прошептала Бузязявка.
- Надеюсь, что старые оценки будут не в счёт! – ответила Кобозявка.
После уроков дети собрались в кабинете литературы.
Фиш Бон не очень хотелось учить длинные диалоги, поэтому она захотела взять себе роль, где будет не много текста. Учительница попросила Фиш Бон встать и немного пройтись по классу, как бы мысленно примеряя в этот момент к девочке возможные роли в сказке:
- Я бы предложила тебе сыграть роль Королевы, той, чья дочь превратилась в Спящую красавицу. Как ты на это смотришь?
- Ну, – Фиш Бон задумалась, – мне кажется вполне подходящая роль для меня!
- Вот и отлично! – обрадовалась учительница и протянула Фиш Бон несколько листов текста, в которых красным цветом были написаны слова Королевы, те, что нужно будет Фиш Бон выучить.
- А кто у нас будет Король? – спросила учительница и посмотрела на ребят внимательно.
- Можно я? – попросил Чепик.
- Конечно можно! – закивала головой учительница, – А ты не хочешь быть принцем? У тебя прекрасная память и ты легко выучишь все его реплики.
- Нет, я бы лучше был Королём – серьезно сказал Чепик.
- Можно узнать, почему? – спросила учительница.
- Ну... – смущенно протянул Чепик, он явно не был расположен обсуждать свой выбор роли при всех. Тогда учительница подошла к малышу поближе и наклонилась:
- Ну, что тебя смущает? – спросила она так, чтобы другие дети не слышали их разговор.
- Принц, он должен будет целовать принцессу – сказал Чепик, покраснев, – А я, даже понарошку, никаких принцесс целовать не буду!
- Ах, вот в чем дело... – сказала учительница, вскинув бровь, – Ну хорошо... Будь по-твоему, будешь Королём!
И она протянула Чепику его экземпляр текста.
- Ну, а кто хочет быть Спящей красавицей? – торжественно спросила учительница.
- А Спящая красавица была принцессой? – спросила шепотом у своей сестры Бузязявка.
- Ну да, конечно!
- Я, можно я! – соскочив со своего места, неожиданно громко выкрикнула Бузязявка, – Пожалуйста, можно я буду Спящей принцессой!
- Ну, раз ты так хочешь быть Спящей красавицей... – сказала учительница, – Тебе придётся выучить немало текста, это трудная роль, Бузязявка, ты точно справишься?
- Да, да, поверьте, я точно справлюсь! – так же громко протараторила Бузязявка.
- Потише, не шуми! – заулыбалась учительница – Вот текст, это тебе! Учи! – и протянула Бузязявке пачку листов с репликами Спящей красавицы.
- Ура! Я буду принцессой! – завопила Бузязявка.
- А кто же у нас будет Принцем? – спросила учительница.
Никто из детей не хотел брать эту роль.
- Кобозявка, а давай, принцем будешь ты? – просила учительница вторую Мамзельку.
- Яяя-я-я? – пискнула Кобозявка, – Но я же девочка!
- Ну и что, что девочка. Не забывай, что это спектакль, это театр! А в театре возможно всё. Ты же будешь в костюме, в гриме... Ну, понимаешь? Это называется искусство перевоплощения. Это же самое интересное!
Кобозявка нахмурилась:
- Я бы предпочла быть доброй феей! – пробурчала она.
- А тебе никто и не запрещает! – учительница мысленно прикинула ход пьесы – Ты сможешь сначала быть феей, а потом быстренько переодеться и сыграть роль принца!
Идея с переодеванием, в общем-то, показалась Кобозявке заманчивой.
- Можно я подумаю? – сказала она уже более мягким тоном.
- Конечно! Вот, держи – учительница отыскала две стопки листов – это реплики Феи, а это реплики Принца!
- Ух, ничего себе! – сказала Кобозявка, – Мне нужно всё это выучить?
- Не переживай, если что – у нас будет суфлёр, который сможет подсказать текст. Учительница была рада, что Кобозявка хотя и скрепя сердце, но согласилась на роль Принца, потому, что мальчиков на эту роль ей было не найти.
Через несколько минут оставшиеся роли Злой волшебницы и Старой пряхи не без уговоров учительницы были также розданы. А больше всего желающих было на роли без текста: других фей, которые пришли на День рождения принцессы, а также придворных.
Учительница велела детям выучить роли как можно лучше к первой же репетиции, которая пройдёт через два дня. Тот, кто не успеет запомнить весь свой текст наизусть, сможет поначалу подглядывать в листок.
Для того чтобы быстрее запомнить свои роли, дети собрались вместе и попросили Кобозявку показать им мультик "Спящая красавица" – как она умеет. И Кобозявка сделала персонажи мультика похожими на Фиш Бон, Чепика, Бузязявку и её, Кобозявку, в роли Доброй Феи, ну а Принца – принца она оставила "настоящим" – то есть действительно прекрасным юношей, белокурым и статным, таким, о котором всё время грезила Бузязявка.
- Здорово! – сказала Бузязявка, – я обязательно выучу все слова! Я хочу сыграть Спящую принцессу так, чтобы никто не остался равнодушным! Чтобы было как по-настоящему! – Глаза Бузязявки горели, а щеки залил румянец.
Дети готовились к спектаклю с усердием, однако Мамзельки немного забросили учебу, так как слишком много времени уходило на репетиции. В результате чего состоялся неприятный разговор с учительницей, которая пообещала отнять у них роли, если они еще раз получат плохие отметки. Кобозявка нахмурилась, а Бузязявка выказывала своё недовольство, не скрывая досады:
- Ну как так можно относиться к спектаклю? Причем тут двойки? Подумаешь, какая-то там география, и вовсе мне она не нужна. Ну зачем всем детям знать, куда какая река впадает? Я, когда вырасту, буду актрисой. И не хочу я тратить время на эти скучные уроки!
- Знаешь, Бузязявка, что бы ты ни говорила, а учительница шутить не будет, она заберет у тебя роль, если ты схлопочешь еще одну двойку! – пробубнила Кобозявка.
- Но это же несправедливо!
- Может и так, только пока ты маленькая, тобой могут командовать взрослые, и ничего с этим поделать нельзя!
- Ты хочешь сказать, что мне придётся или учить все уроки в ущерб репетициям, или вообще лишиться роли?
- Именно так, Бузязявка.
- Какой ужас! – Бузязявка готова была расплакаться. В этот момент к сестричкам подошел Чепик.
- Привет, Мамзельки, вы чего такие грустные?
- Нас хотят отстранить от участия в спектакле из-за двоек – сказала Кобозявка, – а Бузязявка не хочет с этим мириться, но и уроки учить она тоже не хочет, говорит, что хочет быть актрисой, а география ей не нужна.
- Но география же очень интересная, – удивился Чепик.
- И вовсе она не интересная – всхлипнула Бузязявка.
- Не плачь! – сказал Чепик – Я помогу вам снова подтянуть этот предмет.
Дети решили вновь встречаться в библиотеке после уроков и готовиться к занятиям вместе.
На следующий день малыши начали занятия географией. Бузязявка принесла с собой луковицу.
- Зачем тебе лук? – спросил Чепик.
- Чтобы быстрее запомнить географию.
- А чем тут лук может помочь?
- Когда я буду отвлекаться, я буду откусывать кусочек, а так как я терпеть не могу лук, я буду вынуждена всё внимательно слушать.
- А другого способа нет?
- А чем этот плох? По-моему, то, что нужно! – сказала Бузязявка.
- Ну ладно, тебе виднее – пожав плечами, ответил Чепик.
Уже к концу первой главы у всех малышей слёзы текли из глаз рекой, потому что Бузязявка уже дважды откусывала от луковицы по кусочку, от чего луковый запах стал витать во всей библиотеке.
- Слушай, Бузязявка, я уже ничего не вижу в учебнике, мне глаза застилают слёзы от твоего лука! – пробурчала Кобозявка.
- И мне этот запах совсем не нравится – поддакнул Чепик.
- Дети! Что это у вас так луком запахло? – раздался голос библиотекарши.
- Это мы уроки делаем, нам задали – пискнула Бузязявка.
- Странные у вас уроки какие-то... Не уроки, а горе луковое! – ответила библиотекарша, и перешла в другой угол библиотеки, подальше от малышни.
- Знаешь что, Бузязявка, ты меня, конечно, извини, но если ты так будешь к географии готовиться, то это, пожалуйста, без меня – сказал Чепик.
- И без меня! – добавила Кобозявка, вытирая слёзы.
- Как быстро вы сдаётесь! – обиженно сказала Бузязявка, – А что вы можете предложить взамен?
- Предлагаю использовать метод пряника! – сказал Чепик.
- Как это? – спросили Мамзельки хором.
- За каждый выученный вопрос полагается пряник. Одно условие – за просто так пряники не есть!
- О, пряники это куда лучше, чем лук! – сказала Кобозявка.
- Я согласна! – закивала головой Бузязявка, и метко зашвырнула надкушенную луковицу в открытую форточку.
Через несколько минут в библиотеку заглянул папа Чепика, он прижимал к лицу носовой платочек.
- Привет, сынок! Вы еще не закончили занятия?
- Уже заканчиваем, папа! – ответил Чепик. – А что случилось, у тебя болит зуб? – спросил малыш.
- Нет-нет, просто на меня откуда ни возьмись упала луковица, прямо вооот сюда! – теперь наверное синяк будет.
Мамзельки переглянулись: вот как нечаянно можно навредить человеку!
- Можно я посмотрю? – спросила Кобозявка, подходя к папе Чепика.
- Да ничего страшного, дорогая, всё заживёт! – растроганно сказал папа Чепика.
- Я знаю, что в таких случаях помогает… Так что разрешите! – малышка уверенно протянула руку к платочку, которым папа Чепика прикрывал ушибленное место.
- Ой, да у Вас действительно может получиться синяк! Срочно нужно приложить вот это! – и Кобозявка протянула папе Чепика железный пятачок.
- А еще нужно сказать: "Синячок мой, не боли, поскорее заживи!"
- Что, так и сказать? – заулыбался папа Чепика.
- Ну конечно! Повторяйте за мной!
И папа Чепика, сбиваясь, повторил слова Кобозявки, приложив пятачок к щеке.
- Ну вот, теперь порядок! – уверенно сказала Кобозявка.
- Да, действительно, совсем не болит! – отозвался папа Чепика.
- Подержите пятачок еще немного, и от синяка не останется и следа! – посоветовала Кобозявка.
- Спасибо, малышка!
Чепик тем временем собрал свои книжки и тетрадки и они с отцом ушли, оставив Мамзелек в библиотеке.
- Ну ты даешь, Бузязявка! А если бы это был не папа Чепика, а директор школы? Ему бы я синяк не вылечила!
- Да ладно тебе, Кобозявка, это же произошло случайно!
- Пообещай, что в следующий раз ты будешь более благоразумна, нельзя быть такой... такой... бесшабашной!
- Обещаю, что больше не буду бросать луковицей в окно! – серьезно сказала Бузязявка.
Наутро от синяка у папы Чепика не осталось и следа.
- У твоей подружки волшебный пятачок? – со смехом спросил папа Чепика у сынишки.
- Вполне возможно, пап – невозмутимо ответил Чепик.
История седьмая.
Совместными усилиями друзей оценки Мамзелек заметно улучшились, и репетиции спектакля шли вовсю. Фиш Бон и Чепик прекрасно справлялись со своими ролями: они важно ходили по сцене, изображая царственных особ, и говорили медленно и немного нараспев, за что учительница их хвалила. А вот Кобозявка забывала менять голос, когда, прочитав реплики феи, ей нужно было перевоплощаться в Принца. Она то и дело переходила с нарочито мужественного голоса, так подходящего для образа спасителя Спящей красавицы, на свой обычный девчачий голосок. Учительница сердилась и просила Кобозявку сосредоточиться. Бузязявка же в таких случаях начинала хихикать, чего по роли ей делать было нельзя – ведь она должна в это время спать… Для того, чтобы дети быстрее вжились в свои роли, учительница решила раздать всем участникам спектакля полагающиеся им костюмы и перейти к костюмированным репетициям. Через несколько дней в школу привезли наряды для спектакля.
Перед репетицией учительница попросила всех задействованных в пьесе детей примерить свои костюмы, чтобы можно было подогнать их по размеру в случае необходимости. Фиш Бон и Чепик, одетые в золоченые наряды королевы и короля, выглядели очень нарядно, костюмы им были почти в пору, только короны немного съезжали – нужно было пришить к ним резиночки, чтобы во время спектакля не бояться их потерять. Кобозявка примерила сначала костюм Доброй Феи – он был ей очень к лицу, высокий колпак со звёздочками, розовое платье с лентами и прозрачная накидка – всё сидело на маленькой актрисе как влитое. Когда же ей пришлось переодеться Принцем не всё оказалось также гладко – она по прежнему походила на девочку. Костюм Принца включал в себя кружевную рубашку, украшенную золоченым медальоном на груди, короткие парчовые панталоны и шелковые чулки. Нужно было срочно что-то предпринять… И учительница решила, что Кобозявке просто необходимо приклеить усы. Кобозявка не была в восторге от этой идеи – но деваться было некуда, поэтому она согласилась.
А Бузязявка всё не появлялась и не появлялась из-за ширмы…
- Эй, Спящая принцесса! Ты готова? Или ты спишь? – позвала Бузязявку учительница.
И на сцену вышла Бузязявка. Все собравшиеся в зале обернулись в её сторону и замолчали: перед ними была Настоящая Принцесса! С малышкой произошло чудесное перевоплощение, а может быть она и на самом деле была принцессой? Несколько минут никто не нарушал тишины – все, не скрывая удивления, разглядывали Принцессу. Белоснежное платье, украшенное жемчужинами, очень шло Бузязявке, а маленькая диадема в волосах отбрасывала разноцветные лучики на вьющиеся локоны девочки.
И Бузязявка, нежно склонив голову на бок, словно не замечая восхищенных взглядов, обращенных на неё, запела чистым, как лесной ручеёк, голосом:
- Дремучим лесом, темной чащею старинный замок окружен,
Там принца ждет принцесса спящая, погружена в покой и сон.
Принцесса ждет сто лет, сто лет, а храбреца все нет и нет.
И если рыцарь не найдется, принцесса так и не проснется…
Дети дружно захлопали Бузязявке, а учительница воскликнула «Браво!». Бузязявка раскланялась, как заправская актриса. Ей было приятно, что всем понравилось её небольшое импровизированное выступление.
- Ну что же, Бузязявка, ты доказала, что роль Спящей красавицы тебе по силам! – сказала учительница, – Начнем репетицию?

После окончания репетиции друзья собрались вместе:
- Бузязявка! Ты настоящая Принцесса! – восхищенно сказала Фиш Бон.
- Да, точно – подтвердил Чепик.
- И поешь ты здорово! – продолжила Фиш Бон.
- Спасибо! – ответила Бузязявка, явно довольная собой, и улыбнулась.
- А ведь у тебя появилось твоё платье принцессы! – вдруг сказала Кобозявка.
- И правда, ты же его загадала получить! – подтвердил Чепик, доставая из кармашка записку. – Вот, около месяца прошло с тех пор, как ты решила получить это платье!
- Значит, твой метод работает! – закивала головой Фиш Бон.
- Я и не сомневалась! – еще шире заулыбалась Бузязявка, – ведь тут главное – очень захотеть!
- А когда ты вырастешь, ты выйдешь замуж за настоящего принца? – спросила сестру Кобозявка.
- Ну да, если к тому времени не передумаю и не решу стать актрисой – подмигнула ей Бузязявка.

10

водитель Газели написал(а):

Но, может и правда все еще впереди ?

- Так и есть, у сказки есть продолжение, скажу прямо: я еще её не дописала, нахожусть в процессе. Скинула еще несколько более-менее готовых кусков. А Фиш Бон на протяжении многих и многих глав у меня не демонстрирует своих необычных способностей - всё это отложено на самый конец сказки. Не знаю, правильно ли это? Но так у меня получается.

11

Здравствуй Летнее Время. Просто удивительно, что Вы вернулись. Извините за вопрос - какого Вы примерно возраста? Вермишеллион давненько уже пустует и Вы в такую глубокую темную осень зашли и решили его маленько оживить, т.е. принесли кусочек Лета. Прочитал Ваши истории про милых Мамзелек и пока читал улыбался. Вы молодец, если, люди, читая Вас, будут улыбаться, Вы уже сделали большое Доброе Дело. Вот мое мнение. С уважением, водитель Газели.

12

Вермишеллион-3

           ( рассказ-размышления, или необязательное продолжение
                        Рассказа «Пасха в Вермишеллионе-1,2 )

                                                                 « Радуйтесь с радующимися и плачьте с плачущими »
                                                                                                                                    (Рим.12:15)
                                                                 «Ты дал мне познать путь жизни »
                                                                                                                                    (Деян.2:28)

   Давно, очень давно не был он в славном, необыкновенном и нездешнем Городе Вермишеллионе. И как-то невзначай потянуло сердце и руки сами повернули привычную баранку руля надежной и верной ему Газели, и она, зацокав колесами, как копытцами (так бывает, когда камешки попадают между протектором шин, и при ударении об асфальт создается звук очень похожий на цоконье копыт), понесла его по знакомому пути.
   … Славный Город встретил …
   Грусть и одиночество еще теснее сплотились в нем. Неприкаянные голуби, тут и там быстро ходили вперед и назад, как-будто потеряли что-то или кого-то, и никак не могли найти. И только огромная, широченная Радуга, раскинувшаяся над Городом, своим сиянием словно Говорила, что еще не все потеряно, никто и ничто не забыто, здесь помнят и ждут всех, кто еще жив.
   Присев на знакомом пригорке, водитель Газели не отводил грустных глаз от мирного Города, расположившегося в живописной и солнечной долине, и чувства, смешанные с воспоминаниями о былом, о любимых и родных, о несбывшихся мечтах, о верности и предательстве, о суете реального мира, о вечном и о пустом, но также прожитом, - заполнили его душу. И он , неожиданно для себя, стал читать по памяти, созвучные его нахлынувшим чувствам, стихи другого грустного человека, известного под нерусской фамилией Штирлиц. Тогда тот читал их самому себе, разложив костер на берегу озера Уэмюль (Аргентина) :

«Странное слово Доверие,                                                                                                                                                  Похоже на жеребенка.                                                                                                                                                  Нарушишь, чревато отмщением,                                                                                                                                           Словно обидел ребенка.

Грозное слово Доверие,                                                                                                                                                        Тавро измены за ложь,                                                                                                                                                     Каленым железом по белому,                                                                                                                                               Только так и проймешь.

Нежное слово Доверие,                                                                                                                                                      Только ему доверься,                                                                                                                                                             Есть что-то в нем Газелье,                                                                                                                                                            А грех в Газелей целиться.

Вечное слово Доверие,                                                                                                                                                     Сколько бы ни был казним,                                                                                                                                                      Жизнь свою я им меряю,                                                                                                                                                     Принцип неотменим.

(Примечание : Автор стихов Юлиан Семенов, из романа «Экспансия»).

   На какие-то мгновения он замолчал, и стихотворные строчки продолжали медленно плыть в его уставшем сознании, возникая из памяти юности, и срываясь снова с уст :

И когда горе обступало,                                                                                                                                                      Судьбу свою я не корил :                                                                                                                                                  Пустили в жизнь, так будь с ней мил,                                                                                                                                                                                     Равно приемля свет и жало.

Зачем нам всем глаза даны?                                                                                                                                                                                 Чтобы смотреть в них беспрерывно,                                                                                                                                          Все понимая неразрывно,                                                                                                                                                                               На что владельцы их годны.

Зачем всем руки нам даны?                                                                                                                                                      Чтоб прикасаться кожей пальцев                                                                                                                                                  К щекам случайных постояльцев,                                                                                                                                      Которые нам не верны.

Зачем даны всем нам сердца?                                                                                                                                               Лишь только для вращенья крови?                                                                                                                                               … С годами истины суровей                                                                                                                                                          И четче облик подлеца.

(Там же. Юлиан Семенов)

   И когда подошло окончание стихов, он замолчал, и продолжал смотреть вдаль – туда, где он никогда не был. А мысль продолжала свое движение … Мы не помним своего Истока. Но однажды случилось невероятное – он узнал о Нем, и уверовал, и уже не мог отказаться от восхитившего его Знания, полученного в удивительном Откровении, перевернувшим и взбудоражившим его ум и душу, его всего. Как будто из Неведомого протянулась огромная Рука с Чашей, полной волнующего Света, и ему, как страждущему путнику, уже потерявшему надежду найти Смысл себя и всего, дали испить из той Чаши. И он, сделав глоток Того Света, уже не хотел пить иной влаги. А как хотелось поделиться этим необыкновенным Знанием и своей радостью с другими, но в ответ он видел только пустоту глаз …
   И вот он сидит сейчас здесь, на холме, такой, какой есть. Значит таким он создан, значит, такой он и нужен Ему. Еще карабкающийся из грязной ямы греха, с залепленными нечистотой, глазами, шарящий вокруг себя, как слепец, в поисках спасительных Крыльев, чтобы с их помощью взлететь, пронестись по очищающим водам и взмыть в иссиня-золотисто-солнечно-голубое Небо, и … растаять в Нем … растаять без следа …                           
   Да-а … Мечты …
   Но нет, он тяжело вздохнул, он еще здесь, этот путь еще не закончен, а что впереди? Кто не задавал себе этого вопроса, а что же впереди? … А если снова в яму? И теперь уже камнем на дно? Кто подаст руку?

   Уходить не хотелось. Живая Радуга все вибрировала, и переливаясь всеми возможными цветами, которые мог уловить глаз, продолжала говорить ему. Ему? Водитель Газели оглянулся. Вокруг, кроме него никого не было. И Слова, такие знакомые – эхом откликались в его неупокоенной душе -                                                                                                                          ВОЗЛЮБИ … ВОЗЛЮБИ, НЕ УБИЙ, НЕ УКРАДИ, НЕ ВОЗЖЕЛАЙ …ВОЗЛЮБИ … ВОЗЛЮБИ …

   Минуло время, завьюжило. Снега навалило как никогда. Словно Господь заблаговременно подготавливал маленький потоп, чтобы с приходом весны, как следует помыть обросшее грязью человечество и дом его – Землю.
   От яркого снега слепило глаза, но о чудо – Радуга была видна и искрилась, переливаясь цветом, еще далеко на подступах к Славному Вермишеллиону. Газель была оставлена далеко позади, и водитель упорно брел-плыл по снежной, пушистой пустыне. Тропу занесло, хотя нет, иногда в снегу обнаруживалась нечеткая цепочка следов – как будто кто-то нечаянно или чаянно (?) нет-нет, да и набредал на своем жизненном пути на Необыкновенный Город … и заходил в него ненадолго (?!), и возможно находил в нем (во что очень хотелось верить) что-то для себя полезное, и не уходил обратно с пустыми руками и сердцем.
   … Огромный сугроб встретил водителя Газели у келейки славного Стража Вермишеллиона – Антонины Федоровны. Амбарный замок поскрипывал в уключинах, охал словно старый дед, ищущий так некстати куда-то запропастившиеся валенки, - его давно не касалась согревающая человеческая рука. И он кряхтел и поскрипывал, а то начинал причитать что-то на своем тягучем старческом языке.
   Да-а, сколько раз в жизни, вот так, мы приходили в надежде застать, поговорить, и даже быть может поворчать, но нас встречал … старый скрипучий дед-замок. Но и это нас не останавливало, и мы говорили, нам нужно было выговориться, переводя взгляд с замка на небо, и обратно с неба на замок. Мы говорили, и верилось, что нас … Слышат.

Не говори : «Последний раз                                                                                                                                                        Я прокачусь сейчас по склону».                                                                                                                                                Не утверждай : «В рассветный час                                                                                                                                       Звезда бесстыдна в небосклоне».
Не повторяй ничьих причуд,                                                                                                                                                 Чужих словес и предреканий,                                                                                                                                              Весна – пора лесных запруд                                                                                                                                                        И обреченных расставаний.
Не плотью измеряют радость,                                                                                                                                                     Не жизнью отмечают смерть.                                                                                                                                                      Ты вправе жить. Не вправе падать                                                                                                                                               В неискренности круговерть.
Упав – восстань! Опрись о лыжу,                                                                                                                                      Взгляни на склона крутизну.                                                                                                                                                        Я весел. Вовсе не обижен                                                                                                                                                            И в черном вижу белизну.

Снег идет, и Слава Богу,                                                                                                                                                  Отдыхаю понемногу,                                                                                                                                                            Скоро, видимо, в дорогу,                                                                                                                                                       Чтож, наверное пора.

(Там же. Юлиан Семенов)

   … Жизнь в Вермишеллионе замерла, так замерла и речь водителя Газели на этих страницах. Но Верилось, Верилось, Верилось … приближалось Рождество Христово!

(Август 2010 – январь 2011 г.)


Вы здесь » Литературный клуб Вермишель » Наши произведения » Произведения наших знакомых,или просто найденные,без автора