Литературный клуб Вермишель

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Литературный клуб Вермишель » Наши произведения » Произведения Антонины Федоровны


Произведения Антонины Федоровны

Сообщений 1 страница 30 из 55

1

---

2

Родом я из северного шахтерского городка

Родом я из северного шахтерского городка. Городок разбросан вдоль сопок, состоит из многих маленьких поселков, называемых местными жителями зонами: Третья зона, Пятая зона. Из чего можно заключить, что обосновали его на месте лагерей.
Из первых лет своей жизни помню очень ярко несколько моментов.

    У меня есть старший брат, он для меня авторитет, я его люблю и уважаю. Мама отпустила нас с компанией Володиных приятелей за голубикой. Все дети запаслись кто бидончиком, кто банкой, привязанной на веревке через плечо. У меня в руках кружка, мне всего четыре с половиной года и много ягоды я набрать не могу. За поселком мы разбрелись по болоту, собственно далеко ходить и не надо, ягоды столько, что все болото до самого горизонта кажется синим. Ягоду набрали быстро, а болото так и осталось синим. На обратном пути дорогу нам перегородил огромный бык, он рыл землю копытом, поглядывал на нас из-под доски, привязанной к рогам, и ревел, раздувая ноздри. Дети бросились врассыпную. Спаслись все. Потом собрались на дровах у нашего барака, ели ягоду и шумно обсуждали кто как не испугался. Володя молча поглядывал на всех. Когда бежали, он упал и рассыпал свою ягоду. Мне стало очень жаль Володю, он и коленку расшиб, и остался без лакомства. Я хотела поделиться с ним ягодой, отсыпать из своей кружки в его бидончик, но он отказался. Он ведь не маленький нюни распукать из-за какой-то голубики, ему уже шесть лет.

3

Она точно где-то там

Я стою у подножия сопки. Сопка очень высокая, просто огромная. И вся розовая. Весна, и багульника столько на всех склонах, что дух захватывает от розовой кипени. Я запрокидываю голову и долго всматриваюсь, пытаюсь определить, где же на этом склоне скрылась моя мама. Она точно где-то там, но я так и не смогла её увидеть. И уже слёзы лились по щекам, а мамы всё не видно. Мой крик гулко эхом раздался по всей сопке:"Мамочка, ты где?". И тут же мама отозвалась, совсем рядом:"Да здесь я, доча. Я уже иду."
Не помню сколько мне было лет. Но отчетливо помню своё горе от одиночества и покинутости, а потом всплеск счастья - мама рядом.

4

Как настоящий

Мы с братом гуляли. Кто-то нам сказал, что приехали наши родители - они уезжали к бабушке. Мы мчимся домой. Я просто-таки врываюсь в кватиру и на пороге застываю в нерешительности. Рядом с мамой, прижавшись к стене стоит маленькая девочка. Такая хорошенькая, круглолицая, с большущими синими глазами, с конопушками на щеках. Но почему-то она не в платьице, а в брючках. Я кидаюсь к маме, обхватываю её за ногу. Мама наклоняется, чтобы обнять меня, а я шепчу ей на ухо:"Мама, а это кто?"
- "Ты забыла?! Это же твой братик."  И меня охватывает радость, это мой младший братик! Он не умел ходить, когда его увозили, а теперь ходит! Ну как настоящий ребёнок!

5

Никому не говорить

В таёжной глуши жилось нам весело и беззаботно. Но уже из сегодняшних дней мне видно, как тяжело было нашим родителям. Помню очень красивого дяденьку в сером плаще, серой шляпе, блестящих туфлях. Он снимает перчатку, засучивает рукав и опускает руку в ведро с кормом для поросят. Ему надо убедиться, что мои родители не скармливают скоту хлеб. Хлеба он в ведре не находит. Тщательно моет руки, мама подает ему полотенце. Потом долго надевает перчатку и что-то говорит нашим родителям. Беседа долгоя, наши родители встревожены. Когда красивый дяденька уходит, мы решаемся выйти из своего укрытия. Родители напряжены, кто-то из соседей написал на них донос.
Поросят у нас много, но почему-то большая часть из них размещена в сарае за стеной с потайной дверью, нам строго наказано никому не говорить про эту дверь. Но кто-то из соседей опять написал донос. Приехали проверяющий и инспектор, в черных плащях и черных шляпах, в перчатках, с портфелями. Потайной двери не нашли. Составили протокол и уехали.

6

А вы видели облока над головой?

Там же, в далеком детстве я узнала о Боге, о Его всемогуществе.
Я что-то соврала маме. Мама огорчилась моему вранью, стала объяснять как это не хорошо обманывать, тем более маму:"Ну обманешь ты меня, а Боженька всё видит и слышит. Он ведь там." И показала на небо. Я долго стояла среди двора и смотрела на синее небо, на пушистые облака и думала, что на таких красивых облаках Боженьке наверное очень нравится жить.
Мимо меня шла женщина, и тоже стала смотреть на облака. Я радостно сообщила ей, что там на облаках Боженька и если кто-то будет врать, то Он обязательно услышит.
Вот так я и живу, всю жизнь поглядывая на облака. Но в церковь пришла совсем недавно, шесть лет тому назад.

7

Магазин на бойком месте

Рядом с нашим бараком за красивым деревянным забором стояла школа. Утром дети спешили в школу, мы - я и моя подружка Аллка, с нетерпением ждали когда у них начнется переменка. Под нашими окнами мы устроили магазин, дети выходили на переменах за ограду и всё у нас раскупали. А товар у нас был...!!! Крупные щепки - это селёдка, ломти коры - камбала, опилка - рис, крупный шлак - чернослив, песок - сахар, щепочки завернутые в фантики - конфеты и т.д. Был и штучный товар: коробочки и бутылочки от духов и одиколона, баночки из-под крема, лоскутки, поломанные игрушки и прочие драгоценности из детства. Звенел звонок, дети бежали на перегонки занимать очередь, расплачивались с нами нарисованными "купюрами", старыми пуговицами. Иногда угощали чем-нибудь вкусненьким. Кто-то из детей подасадовал, что в нашем магазине нет ничего съедобного.
На следующей переменке их ждал сюрприз. Мы продавали редиску, лук, чеснок за нарисованные деньги. Товар разошелся мигом. И дети и мы с Аллкой были рады. Но тут из Аллкиного огорада раздались причетания её мамы. Я убежала домой. Аллка к бумажным деньгам получила добавку ремнём. А мне пришлось вечером стоять в углу. Ноги подкашивались, глаза закрывались. Проснулась я утром уже в своей постели. Долго лежала с закрытыми глазами, слушала как мама готовит завтрак: что-то помешивает ложкой, передвигает кастрюли, наливает воду в чайник. Лежала пока не услышала привычное:"Де-ети-и, пора вставать!" Из репродуктора звучало знакомое:"...А теперь правой ногой! И раз, два, три. И раз, два, три..." Я еле передвигая ноги шла к маме:"Мамочка, прости я больше не буду."
-"Что не будешь?"
-"Аллкин огород рвать не буду."
-"А наш?"
-"И наш не буду."
Магазин пришлось закрыть. Но дети из школы были добрыми, они нам свои "деньги" и так отдали, без товара.

8

Переезд

Мне было пять лет. Мы переезжали на постоянное жительсво в другой поселок. Ближе к большому городу. Ехали в товарном вагоне. Половина вагона была загружена строительными материалами, родители собирались строить дом. В другой половине был наш скарб, наши спальные места и наш фикус. Фикус иметь в доме тогда было очень модно, и ему бедолаге пришлось ехать с нами в далёкие края. Здесь же была установлена печь-буржуйка, на которой мама готовила обеды и грела воду чтобы мыть нас и для стирки.
В приоткрытую дверь видно было мелькание сопок, болот, скал. Деревья то приближались почти вплотную к дороге, то убегали к горизонту. И за этим было забавно наблюдать. Иногда поезд громыхал по перекладинам моста. Иногда нырял в тунель, и тогда мы радостно кричали:"Ночь, ночь, ночь." Родители радовались, когда состав пролетал мимо станций без остановок, но часто состав останавливался, наш вагон загоняли в тупик. И приходилось подолгу чего-то ожидать, томиться в раскаленном вагоне. У родителей начинались разговоры, что "надо пойти к дежурному, отнести, чтобы прицепил." Мы не понимали о чём речь, но радовались когда отец уходил в сторону станции, значит скоро поедем дальше. Мама всегда оставалась с нами, на случай, -"если вдруг поедем до прихода отца, чтобы дети не остались одни и не испугались."
В памяти не отложились первые дни приезда. Поселились мы у бабушки. Родители уходили на строительство, а бабушка оставалась с нами, на улицу выпускала редко, боялась, что мы заблудимся на незнакомых улицах. Посёлок показался мне тогда очень большим, как город: огромные двухэтажные каменные дома, асфальтированные тротуары, дороги отсыпаны не шлаком, а гравием. Вдоль домов разбиты полисаднички с цветочными клумбами и молодыми топольками. Магазин маленький. Там в родном поселке у нас был магазин с маникенами, а здесь одни полки и прилавок. И в продовольственном нет ни колбасы, ни икры, ни хороших конфет. Я не помню, чтобы нам покупали колбасу, икру или дорогие конфеты. Но там, дома мы могли подолгу любоваться ими через стекло ветрины. А здесь таких ветрин небыло, и в магазин ходить было неинтересно.

9

Леля Мякиськин

И гулять здесь было не интересно. Алка осталась там - дома. На улице жара. Днём воздух кишит от мошки, вечером от комаров. Там - дома - мы такой напасти не знали. Мы переехали от бабушки в свой ещё недостроеный дом. Потолок и стены внутри дома были оббиты дранкой, и от этого стены были красивыми. Интересно было рассматривать, считать и сравнивать ромбики, получившиеся от пересечения дранок. А потом из замазали штукатуркой, и стены стали коричневыми.
Мы перезнакомились с детишками из соседних домов. Их было много. Когда мы втроём первый раз вышли на улицу, вокруг нас собралось кольцо из девочек и мальчиков разного возраста. От комаров они не отмахивались, а только иногда почёсывали искусанные ноги и руки. Дети стали спрашивать наши имена. Младший братишка ответил, что он Леля Мякиськин. А поскольку он был очень хорошенький в своих золотых кудряшках, то его так и называли долгое время - Леля, думая, что это девочка.
Володя быстро влился в компанию старших ребят, и часто убегал от нас играть в казаки-разбойники. Маленьких в казаки не брали, и мы с Валерой гуляли "просто так".
Недалеко от нашего дома было озеро. Володя отпрашивался на рыбалку и на рассвете , прихватив удочки, уплывал с Витькой и Лёнькой на Большуху удить рыбу. Валера плакал, тоже хотел на рыбалку. Однажды мы с братиком выпросили у Володи кусок лески, крючок и поплавок, и отпросились у мамы пойти на озеро. На берегу нашли довольно-таки длинную палку и соорудили удочку. Кривая, короткая, но у Валеры светились глазки - можно поймать рыбку. Червяков добывали под кочками, они валялись на берегу, и если кочку приподнять, то под ней обязательно будуп два-три розовых червячка. Кочки приподнимала я, а Валера деловидо складывал червей в банку. От берега к глубоководью были проложены мостки из широких досок, к мосткам причаливали лодки, с мотков полоскали бельё, а дети, сидя на них, ловили рыбу или, разбежавшись по мостку, ныряли и соревновались - кто вынырнет дальше от берега. Нырять нам мама не позволяла. Мы уселись на мосток, наживили червяка, и собственно, началась рыбалка. Ловились караси. Крупные. Вытаскивали очередного, он трепыхался на крючке, мы бежали на берег и там снимали карася с крючка и насаживали на кукан. Кукан сделали сами из ивового прута. К мостку причалил свою лодку дед Ефим. Оценил наш улов:"Смотри-ка!.. Наловили! А как же вы ловите без грузила?" Исправил нашу снасть. Крючок с насаженным червяком теперь не плавал на поверхности, а уходил под воду и рыба охотнее клевала. Кукан с уловом мы еле донесли до дому. Валера всё суетился и щебетал, ему хотелось рассказать маме какой он ловкий и умелый рыбак. Мама улыбалась, хвалила его и гладила меня по голове. Валера поглядывал в окно, выбегал за калитку - нетерпелось показать улов Володе. Старший брат наловил рыбы гораздо больше и не только карасей, но нас похвалил и пообещал дать настоящую удочку.

10

Забавные истории о братике

Валере купили новый костюмчик. Понадобилось срочно показать его подружке Леночке. Валера очень торопился - быстро приоделся и побежал. Почти тут же вернулся, бегом промчался в детскую. Мы подумали, что что-то забыл. Но буквально через минуту Валера прибежал к нам держась за коленку обеими руками, и сквозь плач что-то пытался сказать. Мы с трудом оторвали его руки от коленки, и увидели большую дырку на штанишках, вырезанную ножницами. Долго успокаивали Валеру. Он всё всхлипывал и всхлипывал, пытался заговорить и опять плакал. Это же такое горе было - спешил к подружке, зацепился за что-то штаниной и вырвал клочок. Решил дырочку отрезать ножницами, чтобы брючки опять стали целыми, а получилась огромная дыра во всю коленку.
Брючки мама обрезала и подшила. Получились симпатичные шортики. Леночке костюмчик понравился.

У нас во дворе всегда жила собака или две, всякие Пальмы, Жучки, Рексы, Байкалы. А вот самую первую нашу собачку звали Мушкой. Она была малюсенькая и её рычание больше походило на жужжание большой мухи, наверно поэтому её так и назвали. Мушка ощенилась. Мы заглядывали в будку, пытались рассмотреть сколько там щенят, и какие они. Щенята кряхтели, наползали друг на друга, прижимались к мамаше. Мушка прикрывала их своим тельцем и поглядывала на нас, будто спрашивала:"Не обидете? Не заберёте?" Мы не хотели обижать щенят и расстраивать Мушку, немножко посмотрим и уйдём. Валере строго было сказано:"К будке не подходить." Валера делал вид, что у него есть занятия и поважней. Но ему представился случай. Нас во дворе небыло и Мушка куда-то отлучилась. Валера залез в будку, наверное у него сердечко от счастья колотилось - щеняток можно подержать в руках! Но Мушка была хорошей мамашей, вернулась быстро. Мы услышали Валерыны вопли:"Ма-а-м-а-а, меня Муха укусила-а."
- "Ох! Он уже мухи испугался. Шлёпни её рукой, она и улетит."
- "Ага-а! А она опять меня кусает."

Нас с раннего детства приучали во всём помагать старшим. Родители на все работы во дворе, в сарае, в огороде брали нас с собой. Не просто поприсутствовать, а поручали посильную нам работу. Все вместе работать начинали, все вместе заканчивали работать. Валера всегда вымогал себе поблажки: "Я ведь ещё маленький!" Отец попросил Валеру принести с огорода забытый там ломик. Началось хныканье:"Я уже устал. Лом тяжолый. Пусть Вова пойдёт со мной." И так далее, и ещё минут пять. Но отец был неприклонет. Валера еле волоча ноги пошел, долго не возвращался. Мама засомневалась:"Может быть и в самом деле кого-нибудь послать на помощь?"
Калитка с грохотом открылась. Счастливый Валера, держа под мышкой ломик, двумя руками тянул во двор огромную дубину. "Я из неё сделаю палицу как у Ильи Муромца."

11

Немного о моём детстве

Наш дом стоял на очень красивом месте. Далеко от завода, железной дороги и шоссе. Рядом озеро. Улица тянулась километра два-три, и почти на всём её протяжении дома стояли по одну сторону дороги, а по другую были поляны и перелески. Для многочисленной детворы - раздолье. В каждой семье было как минимум два ребёнка. Вечерами, когда уже все дела по дому сделаны, родители отпускали нас погулять. Собирались обычно большой компанией на поляне, и начинались игры: футбол, казаки-разбойники, выжигалы, третий лишний, поломанный телефон, городки, лапта. Ох, как же это было всё весело, шумно. В один из праздничных дней собрались на полянке взрослые, смотрели как мы играем. Потом забрали у нас биты, разбились на две команды и стали сами играть в лапту. Бегала даже шестидесятилетняя бабушка Груня, не уступая ни в чём более молодым. Потом её долго не было видно на улице - отлёживалась, все кости болели.
Ребятня жила дружно. Если кого-то не отпускали гулять по причине - не успел что-то доделать, брались все дружно помогать. И воды наносим, и грядки прополем, и во дворе порядок наведём. Товарища ведь выручать надо.
Для меня одна печаль была, не бало у меня подружек. Мальчишек моего возраста было много, а девочки или на много старше, или совсем маленькие. Лет до десяти я об этом не задумывалась. Играть с мальчишками в футбол, залезть на дерево или на забор - это было для меня нормой. А позже начала сторониться мальчиков - взрослела. Единственными друзьями стали для меня книги. Читала каждую свободную минуту. Если днём было некогда, читала ночью. Мама просыпалась среди ночи, забирала у меня книгу и выключала свет. Я стала читать с фонариком под одеялом. Фонарик вскоре перекочевал в кладовку под замок. Тогда я стала читать при лунном свете.
В классе я держалась особняком, подружек и здесь у меня не было. Девочки уже начинали строить глазки мальчикам, загадочно хихикали, а я витала в мире книжных героев. Так и выросла в отрыве от реальности. Сверстники уже бегали на танцы. Володя стал первым парнем на деревне, а Тоня застряла в детстве. В соседнем лесочке мне была знакома каждая былинка. Трава на полянах ещё только начинала робко показывать свои зелёны ладошки, деревья только-только приготовляли свои почки, а я уже находила в лесу фиалки-фиолетовые глазочки. Они прятались в ложбинках у самой земли, робко выглядывая из под прошлогодних листьев. Потом цвела ветренница и хохлатки, потом ландыши, примулы, саранки, ирисы. Благоухали дикие яблоньки и кусты шиповника. Так от цветочка к цветочку, от книги к книге проходило моё детство.

Отредактировано Антонина Федоровна (2010-02-05 13:37:42)

12

Помню звучание её голоса

Я не знаю какое время года мне нравится больше. Летом душно, но природа расцветает в своей красе. Осенью промозглые дожди, но пахнет дымком - жгут листья, и духоты нет. Зимой колючие ветры, морозы, но хрустит снежок под ногами, на окнах кружева, в печке потрескивают дрова, наш дом просто утонул в сугробе - над снегом возвышается одна крыша. Весной слякоть и распутица, но уже щебечут птицы, благоухают кусты серени.
Зимние каникулы я любила больше, чем летние. Они короче, не успеешь привыкнуть к безделью, а уже - ура в школу!
На зимних каникулах по утрам можно не торопиться  вылезать из под одеяла. Можно просто лежать и слушать как завывает ветер за стеной, как мама топит печь, хлопает входной дверью, потом возвращается. Звенят банки - мама процеживает молоко. Зашумел чайник на плите. Пора вставать, но не хочется нарушать привычных звуков. Мама почти всегда пела, когда занималась делами одна. Пела русские народные и украинские песни. Увы, я петь не умею - нет ни голоса, ни слуха. Но до сих пор пою мамины песни, маминым голосом. Не вслух, а там, внутри. Помню до мельчайших подробностей каждый звук её голоса, только как его возпроизвести?
"Бежит река, в тумане тает..." "...Ветви берёзок полощет, сон нарушая лесной." "Расцвела под окошком белоснежная вишня". "Степь да степь кругом, путь далёк лежит..." И ещё много-много других. Все немного с грустинкой.
Зимними вечерами к маме  заходили соседки попить чайку. Мама нас не баловала - пришли взрослые, значит нам надо идти в детскую. Нечего уши развешивать. Но уши тянулись сами услышать что-нибудь интересненькое. Взрослые часто пускались в воспоминания, в свою молодость, в детство. Из таких разговоров я узнала, что мама очень рано - в тринадцать лет осталось сиротой. Дедушка - мамин отец, работал в колхозе кузнецом. Его репресировали - ушёл на работу и никуда не пришёл, по дороге в кузницу его арестовали. А бабушка оставшись с четырьмя малыми детьми, начала часто болеть и умерла в тридцать семь лет. Мама в детский дом уезжать отказалась, младших сестрёнок увезли, а братик так уцепился за шею мамы, что его оторвать не смогли. Мама сама воспитывала своего братика. Ей пришлось бросить школу и пойти работать в колхоз за трудодни. Они голодали, но с помощью соседей выжили. Это были военные годы. Когда маме исполнилось семнадцать лет, она прибавила себе год, завербовалась и уехала работать в Охотск.
Учиться маме больше не пришлось, но малограмотность не помешала ей долгое время проработать на заводе мастером, на такую должность обычно брали инженеров.
Других подробностей из маминой жизни я не знаю, а сейчас уже и расспросить некого

13

Где цветут архидеи

Я вышла замуж и уехала с мужем по его распределению - в леспромхоз. Это очень далеко от железных дорог, в таёжной глуши, ближе к морю. Посёлок расположен между двух рек у подножия сопок. Воздух наполнен запахом смолы, речной свежести, щебетом птиц. Вместо назойливого грохота железнодорожных составов - журчание воды на перекатах. Улицы - Бархатная, Лесная, Заречная. Дверь если даже и на замок, то ключ на гвоздик возле двери. Единственный двухэтажный дом - контора. Улицы утопают в садах и цветах. Из-за близости моря, клиамт очень мягкий. Я всю зиму проходила в лёгком пальто и лёгких сапожках.
Вечером любила сидеть на крылечке и слушать как журчит река. Наш дом стоял далеко от реки, но вечерами стояла такая тишина!
Природа там просто уникальная. Весной в дубовых перелесках цветут орхидеи, а по склонам сопок - кусты жасмина. Но ходить в лес мне муж запретил - в тайге много медведей и тигров, и они часто подходят к посёлку.
В сезон местные жители с утра пораньше уходят на лодках в тайгу и возвращаются к вечеру с папоротником, ягодой или грибами, причём лодки наполнены этими дарами до краёв.
Осенью склоны сопок покрываются красотой разноцветных крон листвениц, дубов, берёз, ясеней и всевозможных кустов.
Там я впервые увидела как растут грибы ильмачи. Это вёшенки, похожи на лисичек, но растут кучками на стволах ильмов. Часто местные жители выращивают эти грибы прямо во дворах на чурочках. Чурочки надо поливать и нельзя двигать, тогда грибы растут в изобилии. А вкус у ильмачей!!!
Там мне посчастливилось побывать на рабалке на хариуса. Долго прыгали вдоль горной речушки по огромным валунам. Если оступишся, то провалишся между валунов и потом долго придётся выбираться. Вода в речушке настолько прозрачная, что видны все самые маленькие камешки на дне. Меня удивило, что вода в речушке не очень холодная, долго в ней не просидишь, но искупаться можно.
И о людях остались только светлые воспоминания. Не успели ещё обзнакомиться, а соседи уже несут гостинцы, кто мёд, кто свежую рыбу, кто ягоду - целый таз. Каждый спросит - чем помочь?
Не долго я там прожила, а вспоминаю с тоской - как о родимой стороночке.
Работать меня определили в контору, в бухгалтерию (но в трудовой сделали загадочную запись - "приёмщик древесины нижнего склада") и отправили учиться на бухгалтера лесной промышленности, на курсы. Там я узнала, что нижний склад - это в лесу, а верхний - на железнодорожной станции. Но я так ниразу и не побывала на этих загадочных складах. И бухгалтером проработала не долго - уехала. Без мужа.
Не могу перекладывать этот грех на плечи моего бывшего мужа, так как во многом виновата сама, но уж и исправит ничего не возможно

14

Сказка про любовь

Про любовь надо петь как маленький серенький соловейка - с красивой щемящей грустинкой. Есть опасность, что получится как у воробъя в солнечный день на балконном периле - звонко, радостно. А хочется выйти и сказать - кыш.

Поэтому расскажу я вам сказку, она тоже про любовь.

После оплаты всех коммунально-ясельных услуг денег осталось достаточно, чтобы позволить себе покутить. Накануне всё женское народонаселение посёлка стояло в очередях за деффицитом, и наверное там что-нибудь осталось. Мы с дочей решили пойти присмотреть себе новую куклу. Нашлась рыжеволосая Катенька, с веснушками на резиновом личике, с большущими глазами. Решили - надо забирать. Стоим в очереди в кассу. Доча встаёт на цыпочки, тянется к моему уху:"Мама, а вон тот смотрит на меня,... хочет со мной,...к нам домой".
-"Кто он?"
-"Не знаю, он молчит и боится."
-"Где ты его видишь?"
-"Да во-он, на краюшки сидит".
На краю полки сидел маленький леопардик совсем один, без мамы, братиков и сестричек. Резиновый, присыпанный чем-то рыжим бархотным, и от того казался плюшевым, но живым. Глазки тоскливо и широко смотрят, ротик приоткрыт, вот-вот скажет:"Я потерялся". Леопардик пошел с нами, к нам домой. Он прижимался доверчиво всем крохотным тельцем к дочиным ручкам и всё переживал-"А вдруг передумают". Дома леопардик был представлен всем обитателям детского уголка, и даже мячику. Все относились к нему бережно, ведь он потерялся. Как-то у дочи было скверное настроение, и леопардик остался валяться в куче кубиков.
- "Доча, все игрушки на полке, а леопардик на полу. Надо его пожалеть."
-"Не буду."
-"Он ведь обидится и уйдёт в лес. В лесу холодно, он может утонуть в сугробе".
-"Не буду".
Утром проснулась от дочиных всхлипываний у окна:"Леопарди-ик, вернись. Я хочу тебя пожалеть". И опять:"Леопард-ик. Ты хороший, иди скорей, я тебя согрею".
Долго успокаивала ребёночка:"Леопардик вернётся, но он убежал далеко, а снег глубокий, ему очень трудно идти, он ведь маленький".
Умывались, одевались, завтракали, наводили порядок в комнате. Доча поминутно подбегала к подоконнику, приподнималась на цыпочках - может уже пришёл?
Леопардик появился неожиданно. Доча от радости опять заплакала. Лепардик был нежно упрятан в ладошки, весь исцелован и обласкан.
Он до сих пор сидит на полке в шкафу. Уже весь почерневший и затвердевший, но он всё ещё любим.

15

Дети из интерната

Сегодня в нашем храме причащались дети из детского дома, четырнадцать человек. Я почему-то всегда думала, что в детском доме детки закомплексованные и не управляемые. А Эти такие умнички!
Только котам нашим не повезло. Вопервых - дети их обкормили, коты уже не могли ходить, а потом заласкали так, что бедные животные от избытка ласки забились в щели за батареи.
Д-а-а-а, великая это сила-любовь (к животным).

16

Оглянуться и увидеть
День был очень странным. Вроде бы всё как обычно, но постоянно хотелось оглянуться и увидеть это, то самое, что нагоняло тревогу. Всё нормально. Солнечный день. Масленица. Народные гуляния. Детей катают на розвальнях. Мужики пытаются по очереди карабкаются на столб за призами. Блины. Горячий чай. Песня и пляски под баян. Горки. Снежки. Но что же там за спиной?
  Мама очень ждала возвращения Володи из армии:"Пойдёт учиться. Ты уже будешь работать - выдюжим!"
Уже куплены в кредит для Володи: куртка - японская стёганная болоньевая, туфли импортные, джемпер импортный, рубашки, брюки, магнитофон последней модели. Придётся покупать новый костюм, сыночка наверняка возмужал, значит старый костюм будет мал. Володя прислал маме поздравление на гибкой пластинке, там наверняка записан его голос, но проигрыватель, как его не уговаривали!, работать не хотел. А сегодня с утра вдруг заработал. Пластинка уже прокручена много-много раз, уже каждое слово выучено наизусть, а мама не может успокоиться:"Сходи, поставь."
Вечером мне уезжать. Поезд в 18 часов 20 минут. Маме на работу к 16 часам. Она всегда уходит пораньше, чтобы не торопясь переодеться в рабочее, всё обойти и проверить, получить на складе респираторы - без респиратора в цехе дышать не возможно - известковая пыль. В 15 часов мама уже была одета, ей надо было уже идти, а она всё тянула время, ходила из комнаты в кухню, потом опять в комнату. Опять ставила пластинку. Я смотрела на маму и никак не могла понять в чём дело, что-то от меня ускользало. Что?
Мама ушла. Я стояла оперевшись на старый высокий комод и смотрела в окно маме в след. Что ни так?
Вспомнилось, как мама накануне каждого Нового года покупала яблоки, мандарины, конфеты, орехи, и всё это богатство ссыпала в нижний ящик комода и замыкала ящик на ключ. Если ящик выдвинуть, то там наверняка сохранился запах новогоднего праздника.
Вдруг увидела за окном маму, она возвращалась домой. На часах 15 часов 45 минут. Что такое?
Я кинулась к двери. Дверь уже распахнулась, на пороге стояла мама :"Доча, не обижайся на маму, прости меня. Мама всегда вас всех любила. Ну всё, я пошла." А в глазах такая грусть...В уголках глаз слезинки.
"Мамочка, что случилось?"
Но дверь уже захлопнулась. Мамины шаги стихли.
Окно. Дверь. Окно. Дверь.
Нет. Надо собираться. Скоро на вокзал, а сумка не собрана. Всё  впопыхах побросала в сумку. Надо идти. Но что же там за спиной? Мамочка, что же случилось?
Пригородный поезд уже у платформы. Желание - вернуться домой. Но остаться нельзя. Если поехать завтра, то будет пропущено без уважительной причины две пары, и тогда стипендии не видать как своих ушей. Надо ехать.
Уже стемнело, за окном ничего не видно, но не покидает ощущение, что поезд движется в обратную сторону. Нет, если бы ехали в сторону Хабаровска, то уже давно доехали бы, значит едем правильно. Кто-то сидит за спиной! Нет, показалось. Там стена вагона. Вот огни знакомой станции. Едем правильно. Остановка. Поезд трогается, но почему-то в обратную сторону.
- Мы едем на запад от Хабаровска?
-"?"
- Мне кажется, что мы едем на восток.
- Ну, что вы. Мы едем правильно. Успокойтесь.
Вот замелькали огни, ставшего родным за два года, городка.
Вокзал. Автобус. Арка. Общага.
Девочки встречают:"Картошки, варенья привезла? Ой, и пирожки мамины! Тонь, мы твою маму любим!"
Побежали варить, жарить, кипятить. Стол накрыт, почти вся группа в сборе. Праздник! - местные с выходных вернулись!
Всю ночь не спится. По коридору без устали снуют-топочут-шаркают студенты. Плещется вода, гремят кастрюли. Когда же они спят?
Окна стали серыми, сейчас будильник зазвенит. Так кто-то и простоял всю ночь безмолвно за спиной. Я лежу, а он стоит. Страха нет, но что-то не так.
Плетусь вслед за девчонками по улице. Вопросительные взгляды, но молчание. Ждут, что сама всё расскажу. Раздевалка. Аудитория. Урок немецкого. Толчок в бок. ? А, меня спрашивают. Отвечаю быстро, без запинки. Оказывается на этот вопрос уже ответили, мне надо было отвечать по другой теме.
- Вы температурите? - Издёвки нет, спросила сочувственно.
Опять общага. Девочки готовят обед. Смотрю напряженно в окно. Что? Что же? Вдруг на весь коридор:"Где ваша Антонина? Антонина!" Выбегаю. Комендант.
- « ?»
- Езжай домой. У тебя мать умерла.
Голос подруги Нины:"Да вы что? Разве так можно?"
Бегу. Через улицу. В парк. Скамейка. Нина. "Пойдём?" Долго бродим по парку. С боковой аллейки девочки.
- Тонь, пойдём. Мы билеты купили.
Поезд медлит. Ползёт. А может?...
- Валера, мама где?
- Увезли в больницу.
- Она заболела?
- Нет. Умерла.
Всю ночь лежу с открытыми глазами. Рядом дышит Нина. Не спит.
- Спи.
Не спит. Вздыхает. Дышит.
После похорон Володя уехал дослуживать. За мной приехали девочки - надо ехать на сессию. Преподаватели сказали, что закроют глаза на пропущенный месяц. Да. Диплом нужен. Как же Валеру оставить?
- Езжай, я буду нормально себя вести. Женька поживёт со мной. Да, Жень?
Я помню всё до мельчайших подробностей. Каждый шорох, каждый момент, каждое ощущение.
Мама знала, что видит меня в последний раз, и что Володю из армии она не встретит, что Валера будет расти сиротой.
Как же тебе было тяжело нас оставлять, мамочка.
Иногда хочется оглянуться и увидеть маму, но там опять никого нет. Или я не вижу? Кто-то же есть, кто-то оберегает маня.

Отредактировано Антонина Федоровна (2010-04-18 12:43:34)

17

Снег
Уже который вечер под окном ребятня шумит: визг, писк. Между нашим домом и дорогой глубокая канава, вода застыла, вот детишки и облюбовали себе каток. Уже ноябрь заканчивается, а снега нет. Это уже лет пять - снег начинает идти чуть ли не весной. Хорошо если припорошит землю до Нового года. Любуемся на пыль, и вместо снежных вьюг - пыльные. А в районном посёлке ледовый городок на голом асфальте у меня почему-то ассоциируется с холодной зимой из "Приключений с макаронами".
Перелистываю старые фотографии. Володя сидит на верхушке сугроба в обнимку с нашим любимцем Байкалом. Из сугроба возвышается крыша нашего дома. Когда выпадал такой снег, нам приходилось оставаться дома, до школы было не дойти. Ждали когда расчистят дороги бульдозерами. Время зря не теряли, в этих высоченных сугробах таких туннелей нароем!!! Горку соорудить - это обязательно. Горку делали на довольно-таки крутом берегу озера. Собиралась вся детвора и молодежь: расчищали, выравнивали, носили воду из проруби. А потом с ветерком, с визгом... На картонках, на фанерках, на санках или просто собственной точке вниз. Старшие норовили устроить кучу-малу, и целый клубок детворы - вниз. Оттуда на перегонки вверх. Уже темно, уже руки-ноги не гнутся, а домой не идётся. Домой приходили - одежда покрыта ледяной коркой. Дров принести или за водой к колодцу сходить:"Ой, мама, там холодно!" А на горке не холодно. Когда лёд на озере крепчал, устраивали каток. Опять все вместе расчищали лёд от снега, из снежных кусков делали борта и ворота. Мальчишки постарше в хоккей играют, малышня и девчонки норовят на коньках покататься. Была ещё забава зимой - запрягали собак в санки и катались по дорогам. Ох и здорово это было! Машин тогда в деревне почти не было, вот нам и раздолье. Такая забава, кажется нравилась и собакам. Во всяком случае Байкал повизгивал, когда Володя прилаживал санки, и только почувствует седока, рвался с места как скакун. Байкал был очень привязан к Володе. Володя принёс его совсем маленьким комочком. Учил его есть из мисочки, командам всяким. Гуляли они всегда вместе. Я уже не помню почему мы отдали Байкала в другую семью. Володя часто ходил проведывать своего дружка. Первое время Байкал прибегал к нам домой, а потом смирился, но Володю продолжал любить. Когда Володя вернулся из армии, думал, что Байкал его не вспомнит. Вспомнил. Узнал ещё издали, повизгивал от радости, подпрыгивал. Всей своей наружностью показывал как он рад, но стоило Володе подойти к калитке - убежал за угол сарая, оттуда приветствовал, но не давал приблизиться - убегал и прятался. Хозяин объяснил:"Стесняется, на трёх лапах остался, вот и стесняется." Байкал попал в капкан, и, наверное,  замёрз бы, но перегрыз себе лапу и приковылял домой. Первое время стеснялся даже хозяев, старался встать как-нибудь так, чтобы культи не было видно. Уговорил его Володя, подошел. И плакали они по-моему вместе. Байкалкина голова у Володи на плече, а Володина у Байкалки на шее.
И вот смотрю я на теперешних ребятишек - скучное у них детство, серенькое какое-то. Всего у них много, а вот детство не интересное, какое-то чипсово-компьютерное. Шестилетняя племяшка приходит в гости, дай ей пачку чипсов, уткнётся в рекламу на экране и всё. Пробовали читать ей книжки:"Я комиксы люблю". Начну сказки рассказывать:"Лучше я тебе про Лилу расскажу". Достану игры настольные:"А ты мне компьютер включи". Старею, наверное, брюзжать много стала.
А деток жалко, скоро весь лёд в канаве до земли сотрут. Снежка хочется.

Отредактировано Антонина Федоровна (2010-04-18 12:51:01)

18

Первая грусть

На зимних каникулах мама отправила меня в гости к своей сестре Любе. Это одна из сестёр, выросших в детском доме. Я её не знала, но навестить согласилась - хотелось приключений. Однако поездка получилась очень спокойной, без стрессов. В поезде познакомилась с женщиной, которая всю дорогу рассказывала мне про свою трудную жизнь, про своих троих деток и внучку. Рассказывать она умела, у меня осталось впечатление, что я слушаю по радио главы из романа. Слушала её почти не перебивая, с открытым ртом и думала что она наверное актриса театра на пенсии. Красота у неё была во всём - голос, движения, осанка, черты лица, причёска очень простая - пробор по середине и тугой пучек на затылке. Дворянка - думала я. Уточнить не успела - дворянка или актриса - женщина засобиралась, ей скоро выходить, попросила мой адрес:"Что не успела рассказать, напишу".
Я про неё забыла. Молодо - ветренно.
Закончились каникаулы, приехала в общежитие. На моей кровати лежит письмо. Обратный адрес - в/ч. Почерк не знакомый, подумала, что у брата не оказалось конверта, попросил когото запечатать и отправить письмо с почты. В письмо была вложена фотография, два незнакомых лица, солдатики. Интересно. Адрес, ФИО совпадает - мне. А фотография откуда? Начинаю читать. Хм. Мне!
Девчонки уже собрались, рассматривают фотографию. На фотографии справа светловолосый здоровячок круглолицый с пухлыми губами и  курносый; слева - темненький, спортивного вида паренёк с правильными чертами лица. Из письма понимаю, что один из них сын "актрисы-дворянки" - "Мама сообщила адрес и т.д..." Только забыл написать который из двоих - он. Девочки постановили:"Тот, который слева. Который справа тебе не пара." Оказалось, что девочки правы - тёмненьки. Серёжа писал часто и очень красивые письма. В письмах стихи. Мы читали одних поэтов, но он знал много стихов неизвестных мне. Я жила от письма до письма. Были встречи - четыре или пять, точно не помню. Разочарования не наступило, а наоборот - влюблённость закончилась и пришла любовь. После армии, буквально на второй день по возвращении домой, Серёжа уехал в Минск учиться. Мы опять переписывались. Когда он приезжал на каникулы - встречались. Я уже знала, что по его распределению поеду с ним. И вот как-то мне не спалось. Была чудесная ночь, бывают такие, когда уже тепло, пахнет тополинной смолкой и светит огромная луна. Сидела у окна надо было написать письмо, а оно не получалось. Рассматривала фотографии, кудато уплывала в своих мечтаниях. Ближе к рассвету запел соловей. Слушала я его, слушала и вдруг поняла, что никуда мне с Серёжой ехать не надо, и встреч не надо и писем. Прощальное письмо сложилось быстро. Написала, запечатала и пошла отправалять. На выходе из общежития вахтёр тётя Серафима возмутилась:"Пять утра, все уже вернулись, только прилегла. Ну куда ты?"
-"Да, я не долго, вот только письмо в ящик опущу."
-"Пойдёшь на работу и сбросишь."
-"Нет. Сейчас. А то вдруг передумаю."
Потом мы с тётей Серафимой попили чайку и я побрела спать.
Письмо от  нас до Минска шло примерно пять - семь дней. И обратно столько же. Уже через два дня я получила ответ почему мне не спалось, и почему я решила прекратить переписку с Серёжей. Пришло письмо от Серёжиной мамы. В то время когда мне не спалось - у него была свадьба и он уже готовился стать папочкой.
Но я уже привыкла к мысли, что нам не быть вместе.

Отредактировано Антонина Федоровна (2007-12-31 13:10:51)

19

Первая любовь

А первая любовь была ещё в первом классе.
Толя был высоким мальчиком, светленький, голубоглазый. Мы жили на одной улице, но улица была очень длинной. Наш дом стоял где-то посередине, а Толина семья жила в километре от нас. Я выходила с портфелем на дорогу, там уже ждал меня Толя. Он брал у меня портфель и мы шли, шли очень долго. По пути нам попадались какие-то интерсные цветочки, букашки, птички, ручейки с тритончиками. И всё это надо было рассмотреть, обсудить и по возможности поймать и взять с собой. Часто мы опаздывали на первый урок. Сидели на одной парте, повернувшись нос к носу и всегда находили темы пошушукаться. Учитель терпела первую четверть и рассадила нас, а носы у нас как флюгеры - друг к другу. Учиться стало скучно. Мы с нетерпением ждали конца уроков и на переменках опять шушукались. А уж после уроков домой можно было идти хоть до вечера, главное к ужину не опоздать и успеть сделать уроки. Весной семья Толи уехала из нашего посёлка. Больше я его никогда не видела. И хождение в школу для меня на долго потеряло всякий смысл.

Подобная ситуация была и у моей дочи.
Костя не ходил в детский сад, он был домашним ребёнком. А у мой дочи уже был детсадовский опыт отвоёвывать себе дружков. Так как Костенька оказался самым симпатичным мальчиком в классе, она взяла Костю за руку, уговорила его подойти к учительнице Они попросили посадить их за одну парту. Костенька конечно же был рад с кем-нибудь подружиться, чтобы было не так одиноко. А потом оказалось , что моя доча интересная собеседница. И они тоже сидели на уроках нос к носу... всего лишь месяц. На большее у Нины Анатольевны терпения не хватило. И они так же шушукались на переменках, и после уроков Костя подолгу провожал мою дочу до дома.

Вот это любовь!

20

Господь сам показал мне тропинку.

Я крестилась уже взрослой, но скорее не осознанно, так, на всякий случай. После этого несколько лет в церковь даже не заходила. Всё думала, вот поеду в город, зайду в церковь хоть свечку поставлю на помин души мамы. А что ещё и помолиться можно, записочку подать и поприсутствовать на службе даже и не догадывалась. Но так и не зашла. Господь сам показал мне тропинку.
Дочь росла болезненной. Часто бывало лежит безсильная и не знаешь чем помочь. Температура нормальная, ничего не болит, а нет сил поднять руки-ноги. Голову от подушки еле отрывает.
           Кто-то подсказал ей сходить к тётке-знахарке. Лечит всех и от всего быстро. Пошла. Тётка поставила диагноз - защиты у тебя нет, я тебе её поставлю, только надо чтоб крещёная была, принеси хлеб, соль, ножницы, свечку парафиновую, буду лечить. После "лечения" дочь с полгода летала как на крыльях, лёгкость во всём теле, жизнерадостность, любовь ко всему миру. Потом опять плохо, опять к тётке. И так несколько раз. Только периоды жизнерадостности всё сокращались и сокращались. Я всем этим её походам не придала значения - а пусть дитятко позабавляется. Потом, когда с дочерью произошли разительные метаморфозы, я никак не могла понять откуда всё это взялось. С первых лет жизни общительная и приветливая, вдруг моя доча стала комком злости ко всем и ко вся. Её злило даже то, что я зашла к ней в комнату, а уж если что-то спросила... Потом она перестала ездить в институт. Сессия, а она лежит. Начну уговаривать или ругать, в ответ - рык. Единственное, что я много дней подряд слышала от дочери - это сказанное со злостью: "Выйди, мама." Потом наступило полное безволие и апатия ко всему. Я видела только напряженную спину: "Дочь, ну ты хоть встань поужинай." В ответ рык и ни слова, от злости аж судороги по спине. Потихонечку мной овладевала паника. Слонялась по квартире, тыкалась из уга в угол и ничего не делала. Муж стал косо посматривать - то забуду обед приготовить, то постирать, в квартире бардак. Как-то спохватилась - дома и есть нечего. Отправилась в магазин. Прохожу мимо клуба, на крыльце бабульки собрались. Бабабушка Поля стала мне выговаривать:"Вот ходят-бродят, а человек приехал. Нет чтоб прийти послушать. Они носятся, всё им некогда. Ты объявление читала? Батюшка приехал, вон он."
Махнула на окно. В окне необычной красоты лицо: улыбка прячется в бороде, за очками - синие добрые глаза. Приветственно кивнул мне головой.
          Хм.
          Бабушка Поля продолжает мне выговаривать за всю деревню сразу: "В кино так бегут и на танцульки. Целыми днями помидорами на рынке торгуют. На скамейку как усядутся...А человек приехал, так никто не идёт.Оставайся, девка. Только голову платком покрой."
Я потопталась на крылечке, посомневалась, глянула на окно. Улыбка и добрые глаза всё ещё там. И уходить уже было неловко.
          Содержания проповеди не помню, мне хотелось поскорей попасть домой, там дочь и что-то надо делать, ведь совсем дитёнок погибает. Может врачу какому надо её  показать? В понедельник пойду к Тимофеевне, может что посоветует, с пелёнок ведь знает моего детёночка, все её болячки. Скажи Тимофеевне что стало с моим ребёнком, никогда не поверит. Может к психиатру надо? Может с ума сходит?
         Проповедь закончилась, и я заторопилась к выходу. Уже в фойе услышала:"Подождите, пожалуйста. Не уходите. Скажите своё имя, ваше лицо мне очень знакомо, но не могу вспомнить имя."
-"У меня нет знакомых священников. Я в церковь никогда не ходила. Скажите, а к знахарке ходить..."
-"А зачем вы пошли?"
-"Не я. Дочь."
-"Не уходите. Я сейчас принесу вам книгу. Почитайте и дочь пусть почитает. А потом я привезу вам книку о колдунах и знахарях."
Он дал мне маленькую книгу в бумажной зелёной обложке - Иоанна Крестьянкина "Опыт построения исповеди". Я была в недоумении. В чем это мне исповедоваться? Но книгу читать начала. Первые страницы давались с трудом, а потом не могла оторваться. Оказывается всё вокруг не так как мы себе представляем! Как же мы не видим?! Всё вот оно, перед глазами! И такое волнение меня охватило, как же это я? Как я живу? До чего ребёнка довела!
            Заглянула в комнату к дочери. Не спит. Стала зачитывать ей отрывочки. Дочь на меня рыкнула.
            Утром опять просочилась в детскую с книжкой. Дочь послушала и опять рыкнула.
Ребёнок рычит, а я опять с книгой у изголовья.
Потом стала "забывать" книгу на краю дивана. Потом стала замечать, что книга читается в моё отсутствие. Потом стала "забывать" зайти в комнату к ребёнку и дождалась:"Мама, а сегодня читать будем?"
-"Сейчас, сейчас. Вот тут доделаю..."
Потом батюшка приехал, привёз крестик для дочери (кто-то прислал ему из Дивеева). Алюминиевый, на черном шнурке.
-"Мир дому сему."
Дочь при виде священника, шмыгнула к себе в комнату. Кое-как уговорила её выйти. Батюшка надел детёночку крестик и получил такой взгляд в ответ, что поспешил тут же уйти.
-"Он что, теперь всегда будет приходить?" - опять с рыком.
-"Так он же в первый раз пришёл. Да и ушёл сразу же."
Батюшка привёз книги, и мы опять читали и читали. Потом была первая поездка в церковь и первая исповедь, а дома моя паника и истерика - не во всех грехах покаялась, слукавила. Опять на исповедь.
               Храм у нас меленький, раньше там была музыкальная школа. Нет никакой позолоты и великолепия. Но мне там всё мило, и иконостас, собраный из икон разного размера, и хор из дву-трёх человек, и вышарканая дорожка на солее, и скрипучий пол. Первое время удивлялась хабаровчанам, зачем ехать в такую даль, да в нищий храм? В Хабаровске такие храмы!  Какая разница какому священнику исповедоваться? Ан нет. Едут. И детей своих везут сюда крестить, а потом и венчать.
               Ребёночек мой помогает на клиросе - читает и учится петь.

21

РАДОСТЬ

Пост. Первый мой пост я и не знаю как перенесла. Это был Рождественский пост. В храме бывала редко, каждое причастие давалось с большим трудом, больше было похоже на сражение. Службы казались долгими, просто нескончаемыми. Хотелось уехать домой. Ноги каменные, плечи и руки тяжелые, голова кружится, глаза слипаются, мысли где угодно, только не в храме.
    А вот следующий - Великий пост, перенесла легко, часто исповедовалась и причащалась с Божьей помощью. К концу поста уже почти не чувствовала своего тела. Ходить было легко, бодрость была для меня необычная. Любовь ко всем и ко всему. Всю Страстную пробыла в церкви. Службы пролетали незаметно, не хотелось уходить из храма. Утром подхожу к церковной калитке, и  душа радуется - домой пришла. В субботу на Литургии причастилась и поехала домой спать - ещё ведь ночью служба! А уснуть не могу - РАДОСТЬ на душе необъяснимая, хочется замахать крыльями и полететь. Полетела в храм, только ножками по дорожке. Так с РАДОСТЬЮ отстояла ночную службу, с ней и домой вернулась, и опять спать не хочу, и скоромную пищу есть не хочу. Хочется морковочки или кашки какой. Но разговелась к вечеру, и в сон потянуло. Проснулась, а радость уже не РАДОСТЬ, а просто радость, и крылышков нету, и ножками уже не лечу, а тОпаю.
    Такое, наверное, уже не повторится.
    Сегодня праздник, и можно рыбки поесть. Вот в чём теперь моя радость. А завтра опять с кислой миной буду сидеть над тарелкой сухой картошки с огурцом или без всякой радости заглядывать в кастрюлю с постным супчиком.

22

Дед Ефим

Дом деда Ефима и бабушки Груни стоял в проулке, окруженный фруктовым садом. Фруктовый сад, в те времена в нашем суровом краю, был большой редкостью. Груши, всевозможные ранетки, виноград и даже яблоки, всё это успешно выращивалось дедом. А чтобы мы не шкодили в саду, дед Ефим зазывал нас собирать падалицу и разрешал есть фрукты в волю и давал с собой. Был у деда с бабушкой телевизор. Экран маленький. Но мы всегда радовались, если дед звал нас:"Идите, кИно интересное по телевизору." Мы знали - если звал, значит фильм о войне. Мне тогда было совсем мало лет. О войне я представления не имела никакого. И когда первый раз увиделе в фильме как "фашисты убивают наших", выбежала на улицу и долго плакала на взрыд. Немного повзрослев, стала замечать, насколько деду Ефиму тяжело смотреть фильмы о Великой Отечественной войне, особенно если показывали горящие танки. Дед плохо видел и поэтому садился близко к телевизору спиной к нам. Мы видели как вздагивают плечи деда, как дед склоняет голову, пряча лицо в ладонях. Плакал он беззвучно. Дед на войне был танкистом. Несколько раз горел, но выжил. Рассказывал как он пытался вытащить ребят из горящего танка. Весь экипаж сгорел заживо. Он один, весь обгоревший чудом остался жив. Особенно пострадали руки, видимо пытаясь помочь,  дед опускал их прямо в огонь, бушевавший внутри танка. Вспоминаю, что дед Ефим любил столярничать, всякие игрушки нам мастерил. И удивляюсь, как он мог это делать руками, на которых не было нескольких пальцев, а оставшиеся были изуродованы. Господи, упокой душу раба Твоего.

Отредактировано Антонина Федоровна (2008-01-01 07:12:13)

23

Скоростной телеграф

У Татьяны дочь - стюардесса. Если дочь долго не звонит, Татьяна начинает звонить сама. Обычно дочь долго не отвечает, то ли не слышит звонка, то ли телефон не в той зоне. Татьяна прячет телефон в сумочку и начинает молиться. Молитву о детях она выбрала длинную, молится сразу и о всех своих крестниках и знает молитву на изусть. Произносит АМИНЬ, осеняет себя крестным знамением. И тут же из сумочки раздается телефонная трель. И так каждый раз

Напоминание

Подарил мне батюшка крестик, совсем простой, алюминиевый. Но большой. У меня не было крестика, а батюшка сказал, что без креста никак нельзя. Снял с себя нательный крестик, и сразу мне на шею. Предупредил, что крестик надо носить, никому его не афишируя, потому как я не священник с крестом по верх платья расхаживать. Ношу крест, а он норовит выскользнуть на всеобщее обозрение. Я его прячу, а он опять...
Наверное, чтоб не забывала к чему обязывает ношение креста.

Узелок от батюшки

Батюшке пожертвовали всякую мелочь для свечной лавки, были там и шнурки черные с закруточкой. Мария Васильевна уточняет:"Батюшка, а если не захотят даром брать, то что?" "Ну, тогда по десять рублей, не больше." Я скорей ринулась искать в ридикюле десятирублевку. За такой шнурок и всего десять рублей! И кто Наталью за язык потянул сказать, что шнурки эти сверх прочные и никогда не порвутся. Батюшка усомнился, взял мой новый замечательный шнурок с закруточкой и потянул. Шнурок разорвался на две не равные части. Батюшка вручил его мне и был таков. Принесла шнурок домой с мыслью, что закрутки можно оставить, а шнурок заменить. Но передумала. Завязала узелок и ношу так. Не надо было жадничать.

Добавлено (25.12.2007, 20:51)

Отредактировано Антонина Федоровна (2008-01-01 07:29:11)

24

Капенёшечка

Все дети уже повырастали из школьного возраста, а принцеса только пошла в первый класс. Дашка её назвали. Ещё есть у нас у бабушки Гали кот Даня, и Дашке всегда при знакомстве приходится говорить: "Меня Даша зовут, но я не кот, я девочка, папина и мамина капенёшечка. А капенёшечка потому, что я на них похожа, а не на кота." Всё это она произносит задорно, широко улыбаясь и понятно, что шутит. Дашка растёт среди множества взрослых братишек-сестрёнок, дядь-тёть, дедушек-бабушек родных и двоюродных, поэтому ей приходится соответствовать, чтобы не казаться самой глупой в этой толпе. Есть у неё соседка, которая вечно бегает проповедует и заодно морочает голову Дашке, а та потом ставит в тупик меня. Была помладше, очень любила смотреть на иконы, особенно когда на них падали лучи солнца. Или залезет под стол, на котором стоят иконы, и затихнет. Я и рада, хоть отдохну от её распросов. Теперь к столу с иконами не подходит. Ошарашила меня: "Тонь, а иконам молиться нельзя, это ведь не Бог." Объяснила ей, что иконам никто не молится. Вродебы поняла. В другой раз объявила, что молиться нельзя, Бог и так знает наши мысли. Я задумалась - как объяснить. Дашка выразительно смотрит на таз со свеже испеченными булочками - запах оболденный. "Даша, знаю о чем ты думаешь, но чаю с булочками тебе не дам."  "Экономишь или жадная?"  "Нет не экономлю и не жадная. Мне приятно будет если ты сама попросишь, да ещё и похвалишь мои булочки. Я похвалы жду от тебя не потому, что тщеславная. А отгадай почему?"  Дашка задумалась, ковыряет скатерку пальцем. "Да ты подумаешь, что я воспитанная и очень внимательная. Я угадала?" "Очень ты догадливая девушка. А теперь подумай, почему люди обращаются  к Богу с молитвой." Дашка приняла такое рассуждение. Но в другой свой приход в гости решила меня уесть окончательно, оставив заранее продуманный довод на самый последний миг.  Уже влекомая родительской рукой в низ по лестнице, выложила: "Тонь, пока! Да, я забыла тебе сказать - крестик носить нельза. Это же амулет, а амулеты носить большой грех." Хлопнула дверь внизу и я осталась с носом. Теперь жду когда Дашка немного забудется и зайдёт в гости.

25

Один рыбак расказывал:

"Карасей насобирал целый мешок. Я тебе говорю не наловил, а насобирал.
Наварил приманки - шрапнели, а баба моя не убрала её в холод. Закисла перловка. Запах отвратный, а что делать не выкидАть же, ещё птицы потравятся. Бросил я ету шрапнель в озеро, размахнулся и запусти подалее. Лежу в теньке, ругаю бабу свою - всю рыбалку испортила. Клёва нет. Ох-хо.
Да и задремал.
Проснулся от шороха в траве. Караси-то наглотались етой дрянной шрапнели, а животы-то им давай крутить, у них мочи нет - боль такая. Кинулись они на берег в кустики по нужде. А я их в мешок. Всех собрал. Жаль шрапнели маловато наварил, а то у меня мешок на мотоцикале лежал, можно было ещё побегать за карасями.
Эт вот и скажи, что баба у меня глупая. Вона карасей скока! Мешок!

А это охотничья байка.

Я когда молодой был, любил на охоту ходить. Одностволку-вертикалку за спину, на драндулетку сяду, и пошел на зорьку. Уток там, гусок по целому связку приносил.
А тут уронил патронтаж в болотину, пыжи намокли. Какая тут охота. Сижу на бережку, злюся. А утей на воде - табунами! У меня болезь - клюкву надо исть, чтобы болезни не было. Я етот кулёк с досады киданул об берег, ягода-то рассыпалася. Утки увидали, обрадовались и давай ягоду собирать - кисленького им захотелось вишь. Едят, морщутся, глаза зажмуривают, головами трясут. Бдительность потеряли, а я тут как тут. Выстрела не сделал, а утей домой привёз. Во как!

26

Осознание

            Первый мой крестный ход сильно изменил моё отношение к церкви, к православию. До него было ощущение, что я нашла свой родной дом, где можно спрятаться и захлопнуть створки, где есть сильная добрая рука - она погладит по голове для утешения, и огородит от натиска неприятностей. После крестного хода пришло осознание бытия в совсем ином вИдении. Стало понятно для чего живем и как надо жить - об этом я уже знала из книг, из проповедей, но знать и осознать - обсалютно разные ощущения. Как передать в тексте ощущения я не знаю, поэтому буду просто описывать событие.
В Биробиджан прибывал список с иконы Божией Матери "Иверская". Икону хотели заказать на Афонской горе в Белозерках, но там пришлось бы очень долго ждать. И вдруг пришло сообщение, что есть готовый список с иконы и его уже готовят к отправке в Биробиджан.
          Для маленького областного городка крестный ход  конечно же событие не малое и не ординарное. Народ приехал со всей области. За долго до прибытия иконы, у въезда в город собралось столько народу, сколько не могла собрать ни одна октябрьская демонстрация. Автобусы всё прибывали и прибывали. День был необычайно тёплый и солнечный для этого времени года - по всем законам природы уже должна быть осенняя промозглость. Небо было не просто голубым - оно светилось голубизной. Облака - огромные белые шапки. Солнце не просто светило, а играло светом. На лицах людей ликование. В настроении священства чувствовалось что-то особенное. Торжественность - да, но что-то ещё. Все ждали. И вот колыхнулось волной :"Едет...Едет...Едет" Потом уже меня поразила такая точность - не ВЕЗУТ, а ЕДЕТ. Икона приближалась медленно, уже различимы очертания Лика Богородицы, Младенца. Вот уже взгляд Матушки ласкает наши души. Слёзы по щекам ожидающих. Улыбки на губах. Сияние глаз. И такая тишина и покой! Наверное, если бы было желание прислушаться, то можно было бы воспринять звук скольжения облака по небу. Но внимание всех было сосредоточено на Лике Богородицы - настолько необычно было Её прибытие.  Икона  большая и явно тяжёлая, но желающих нести её на много больше, чем это необходимо. Хоть несколько метров. Хоть несколько шажков. Прикоснуться. Быть сопричастным. Крестный ход двинулся по главной улице.  Песнопения, хоругви, иконки, белые платочки, дети на руках, в колясках, на папиных плечах, за руку с мамой. С тротуаров:"Что за событие у вас?"  "Крестный ход! Икона Богородицы! Богородица! Матушка!"  "А нам можно?" "Да! Конечно!" Хочется всё запечатлеть, запомнить, унести с собой, чтобы потом поделиться со всеми, чтобы у всех было, чтобы все несли с собой, в себе и для всех! Ещё больше хочется, чтобы никогда эти ощущения не омрачились и не исчезли.
        Остановились у часовни на молебен. С запада нарастала черная туча, громыхала, сердито сверкала копьями молний. Упали крупные редкие капли, стали открываться зонтики. С востока потянуло ветерком. Туча ещё некоторое время цеплялась за макушки елей, за телевышку на сопке, но вдруг начала светлеть, распадаться и уже на всей шири неба только охапки белых облаков и солнышко. Крестный ход опять двигался. К ещё недостроенному собору. К Никольскому храму.
         Колокола перзвоном по всей округе расплескивали - Ждём.Ждём. Бо-го-родица! Бо-го-родица! Бо-го-родица! Ждём.Ждём. Бо-го-родица! Бо-го-родица! Бо-го-родица! У ворот матушки с цветами. По дорожкам - лепестки. Приветствие Владики :"О! Пресвятая Дево, Мати Господа, Царице Небесе и земли! Вонми многоболезненному воздыханию душ наших..."
         Всякий раз, когда я бываю в Биробиджане - иду в собор. Навстречу всегда взгляд Богородицы. Икона одна, а взгляд всегда разный. То ласковый, то строгий. То утешает, то изливает любовь. Смотрю на Её Лик и появляется надежда, что желание жить по заповедям Божьим не забудется за порогом храма, что в следующий раз не будет повода прятать глаза и молить о прощении.

Отредактировано Антонина Федоровна (2012-01-14 05:57:54)

27

Антонина Федоровна написал(а):

Осознание

Спаси Господи, Тонечка, очень порадовали.
Такие вещи очень трудно описывать, а у Вас получилось - я это видела, когда читала.
Благослови Господь Ваши труды!

28

Грибы для Натальи

                  С Натальей мы выросли на одной улице, дома наши стояли совсем рядом,  братишки её и мои были друзьями. А мы с ней во времени разошлись - я уже взрослой себя считала, когда Наталья ещё играла в дочки-матери. Сколько знаю её, всегда она заботится о брошенных животных, всегда у неё с собой пакет с едой для собак и кошек. Все бездомные Жучки, Бобики и Мурки бросаются ей под ноги из всех подворотен и подвалов, и везде её сопровождают. Наталья очень болезненная. Уж и не знаю сколько раз её оперировали, и оталось-ли что у неё внутри, а снаружи она... - в чём душа держится? Но слава Богу - живёт и работает, и в церкви на службах сил хватает стоять.
                  А вот в лес по грибы ходить не решается, говорит, что на обратную дорогу точно сил не хватит. Иду из леса с полной корзинкой грибов - пообещала своим соседкам-бабулькам набрать, Наталья навстречу: "Ой. Какие грибочки! Я своих мальчишек никак не уговорю сходить, а так грибочков жареных хочется."   Так мне не жалко, эти бабулькам отнесу, а в другой раз для Натальи постараюсь. Даст Бог завтра-послезавтра и наберу.
                    Выбралась я в лес только через неделю. Обещание помню и полна решимости его выполнить. Но увы. Белых грибов нет, подосиновиков совсем мало, подберёзовиков правдо много, но я их не люблю собирать - вида у них никакого. Белых или подосиновиков наберешь, так по улице не стыдно с корзинкой идти. А на подберёзовики никто и внимания не обратит. Но пришлось брать - Наталья ждёт грибков.
                    Брожу по лесу и рассуждаю: "Если нарежу полную корзину, то половину - Наталье, половину - мне. Подосиновики и белые надо уложить с этой стороны, а с этой подберёзовики. Наталье дам подосиновиков - если их будет много, а если мало, то и подберёзовиков ей хватит. Дойду до её дома, эту часть корзины платком прикрою, чтобы не дразнить. Чтой-то жадничать начала. Стыдоба. Вот ещё подосиновичек.Один. А как подберёзовики, так кучей лезут на глаза. Ну, ладно дам Наталье несколько подосиновиков, вот этих крупных, а молоденьких себе оставлю. Мало их сегодня. Ма-ало. Господи, помилуй мя грешную! И чего жадничаю? Опять подберёзовики. Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей! И как я про эту стыдобу на исповеди буду... Белый! Его с этой стороны, поглубже, на дно, под грибы. Эх, ещё бы хоть парочку таких! Можно тогда и Наталье хоть один дать. Господи Иисусе Христе, помилуй мя грешную! И что это я сегодня так горячусь? А вот там всегда подосиновики есть. А сегодня нету. Ну, вот всегда были, а сегодня, когда очень надо, их нет. Милая моя, жадничать не хорошо. Боженька накажет. Не-е-ет сама себя наказываю - если бы не жадность, так и прогулка с пользой. Господи, помилуй!!! Наваждение какое-то. Вот только здесь проходила, ничего не было. Что они из под земли вылезли что-ли? Как не наступила? И там! А вот ещё! Ой, и тут! Пакет взяла иль нет? Взяла. Вместятся? Ладно если что, то платок сниму и туда. Ну вот, все. Слава тебе, Боже! Что-то не пойму, я ведь туда шла - грибов не было. Вот мои следы. Не могла не заметить. Вся поляна усыпана была. Так и осин рядом... Ага, жадина! Вразумил тебя Господь. На. Бери, Антонина, только помолчи. Помилуй мя, Господи, помилуй."
                      Наталья грибам обрадовалась. Я стараюсь самые красивые ей отдать. А она стесняется брать так много и самые лучшие. Рассказала ей, что грибы эти её собственные. Посылочка прямо оттуда для Натальи. Или для меня? Для вразумления.

Отредактировано Антонина Федоровна (2008-05-11 09:13:23)

29

Радость о певчей

Антонина тяжко заболела, и клирос перестал звучать. Приезжали на помощь певчие из других храмов с хорошими голосами. А не было того звучания. Я думала - это моя предвзятость, проявление ревности. Но нет, и другие прихожане переглядывались между собой и посматривали на немощную Антонину, смиренно сидящую в уголочке. Потом мы радостно отмечали, что Антонина часть службы могла стоять, а потом и почти всю службу. И вот слышу звучит знакомым тембром: "Иже Херувимы..." Антонина на клиросе! Пока только на Херувимской, совсем слабым голосом. Но как мы все радовались! Потом прибавились: "Достойно есть" и "Благословлю Господа". А сегодня Антонина была на клиросе всю службу!
Много раз я слышала "Благословлю Господа" в больших храмах. Там поют красивыми, хорошо поставленными голосами. Как великолепно звучит псалом в исполнении архиерейского хора! Но вот так, как поет Антонина, слышать не приходилось. Она каждый раз благословит Господа и хвалы вынимает из самой глубиночки своего сердца. Так могут петь только чистые сердцем и со светлыми душами.
Антонина выздоравливает!

30

Спасибо, Антонина Федоровна!
Дай Бог здравия и спасения болящей Антонине!


Вы здесь » Литературный клуб Вермишель » Наши произведения » Произведения Антонины Федоровны